Книга Смотри. На. Меня, страница 122 – Екатерина Юдина

И это все вылилось в то, что я резко подняла руку и изо всех сил влепила Марко пощечину.

Он остановился. Словно вообще не ожидал этого, а я, вновь пытаясь выдернуть свое запястье из хватки брата, на его щеке заметила сильное покраснение. Судя по всему, сил во мне достаточно. Я могу нормально ударить, но, черт, почему не получается вырвать руку?

— Отвали от меня, — я попыталась оттолкнуть его, в это мгновение слыша такой грохот, от которого, казалось, весь дом содрогнулся.

Резко поворачивая голову, я увидела Мичелу, валяющуюся на полу в луже грязной воды и из того, что сейчас творилось в коридоре, я могла лишь предположить, что она, отмывая пол в гостиной, собиралась вынести грязную воду, но зацепилась за ковер, который теперь складками лежал около ее ног, и упала, а ведро, вместе со шваброй врезалось в зеркало, висящее на стене в коридоре. Оно рухнуло. Разбилось.

Но еще рама задела рядом стоящий столик, а на нем ваза. Та самая, рядом с которой нельзя было даже дышать.

Консетта купила ее лет пять назад на одном из аукционов и поставила рядом с гостиной, чтобы ваза была прекрасно видна, когда она там сидит с гостями. Сказать, что она безумно дорогая и обожаемая моей приемной матерью, значит, ничего не сказать.

— Нет… Нет! — Мичела, видя, как покачнулся столик, завопила и попыталась немедленно подняться, но ногами еще сильнее запуталась в ковре, а руками, поскользнувшись на мокром полу, вообще рухнула обратно.

Марко выругался. Рванул в ту сторону и даже успел подхватить столик, но не вазу. Она упала на пол, разбившись на множество осколков.

Это последнее, что я увидела прежде чем развернуться и побежать в свою спальню. Миновав два поворота, я влетела к себе и захлопнула дверь, немедленно закрывая ее на ключ.

Умом я понимала, что в коридоре, сопротивляясь Марко, выронила свои толстовки, которые хотела отнести в стирку, но сейчас они волновали меня меньше всего. Пусть и среди них была моя самая любимая.

Быстро расхаживая по комнате, я пальцами зарылась в волосы, постоянно оборачиваясь и смотря на дверь.

Оставит ли теперь Марко меня в покое?

Нет.

Попробует ли Мичела скинуть на меня разбитую вазу?

Да.

Я с силой ногой пнула пуфик, а потом, прежде чем поняла, что вообще делаю, быстро собрала учебники на завтрашний день и переоделась.

Возможно, правильнее было бы остаться в своей комнате, но опыт показывал, что замок на двери слишком хлипкая защита. Приемных родителей нет дома, зато сейчас тут Элио и Джулиано, которые могут помочь Марко снести мою дверь. И мало ли что еще сделать.

Я не чувствовала себя в безопасности.

Подойдя к столу, я открыла ноутбук. Включила на нем аудиозапись, после чего закрыла ноутбук стопкой книг. Спрятала его. Может это и бестолково, но новость о том, что я, возможно, могу покинуть семью Леоне, что-то перевернула во мне. Я хотела этого сильнее, чем дышать. Жаждала свободы, как ничто другое.

Но душу царапало то, что мне требовались доказательства нарушения правил. Кое-что и так имелось, но теперь я предпочитала быть предусмотрительней.

Одевшись потеплее, я взяла свой рюкзак и покинула комнату, закрывая дверь на ключ.

Чтобы уйти из дома незамеченной, мне пришлось постараться. К лестнице пойти другим путем. Потом какое-то время прятаться в одной из комнат, чтобы убедиться, что Элио и Джулиано сейчас нет в холле. Судя по всему, они поднялись на второй этаж.