Книга Поймать мотылька, страница 82 – Катерина Черенёва

Я выбрала Глеба.

Я выбрала его сложного, колючего, настоящего. Того, кто заставлял меня есть и надевать шапку, пряча свою заботу за приказами. Того, чьи руки я чувствовала на своей коже, чьё дыхание слышала рядом в темноте. Я любила его. И эта любовь была единственной правдой, за которую я могла уцепиться.

Всё остальное — Обсидиан, Мотылёк, форум, задания — было прошлым. Это был этап. Важный, необходимый, но пройденный. Обсидиан был моим коконом. Он защитил меня, когда я была слабой, помог мне отрастить крылья. Но я больше не была гусеницей. Я стала бабочкой, пусть и с немного потрёпанными крыльями. И бабочки не живут в коконах. Они должны лететь.

И чтобы лететь дальше, я должна была закрыть эту дверь. Навсегда.

Я не могла просто перестать заходить на форум. Это было бы побегом. Неблагодарностью. Он, кем бы он ни был, изменил мою жизнь. Он научил меня не бояться. И самое меньшее, что я могла сделать, — это попрощаться. Поблагодарить его и честно сказать, что я ухожу. Что я выбрала другую жизнь. Реальную жизнь.

Это было страшнее, чем признаться ему в своём «предательстве» тогда, после первой ночи с Глебом. Тогда я была виноватой девочкой, ползущей к Хозяину за наказанием. Сейчас я должна была предстать перед ним как взрослая женщина, которая делает осознанный выбор. Которая уходит от него.

Весь день на работе я была как на иголках. Я смотрела на Глеба, на его сосредоточенный профиль за стеклом, и моё сердце сжималось от любви и страха. Я собиралась совершить поступок, который окончательно разделит мою жизнь на «до» и «после». Я собиралась сжечь мосты, ведущие в моё прошлое, чтобы без оглядки пойти в будущее с ним.

Вечером он не предложил подвезти меня и не позвал к себе. В его взгляде, когда я говорила «до свидания», было что-то новое — холодная, выжидающая настороженность. Словно он чувствовал перемену во мне.

Придя домой, я не стала откладывать. Я сделала себе чашку чая, села за свой старенький ноутбук и заставила себя глубоко дышать. «Найди якорь», — пронеслось в голове. Я посмотрела на чашку в своих руках. Она была тёплой, настоящей. Вот мой якорь. Реальность.

Я открыла браузер, прошла все этапы авторизации, и вот он — чёрный экран с зелёными строчками. Наш чат. Последнее его сообщение, требовавшее деталей моего падения, так и висело без ответа. А под ним — звенящая пустота нескольких недель.

Мои пальцы замерли над клавиатурой. Что ему написать? Как объяснить свой уход человеку, который считал тебя своей собственностью?

Я начала печатать.

«Хозяин. Я пишу, чтобы попрощаться».

Строчка выглядела слишком резко. Я стёрла её.

«Обсидиан. Простите, что я так долго молчала. Я много думала».

Слишком официально и жалко. Снова не то.

Я закрыла глаза. Кого я обманываю? Я не могу писать ему как рабыня, если собираюсь заявить о своей свободе. Я должна быть честной. Той Тасей, которой он сам учил меня быть.

Я открыла глаза и начала печатать заново. Быстро, решительно, пока не испарилось мужество.

«Обсидиан.

Я пишу это письмо, потому что должна быть честной. В первую очередь перед собой. И перед вами, потому что вы научили меня этой честности.

Вы нашли меня, когда я была никем. Просто сбойной функцией, как сказал один человек. Вы показали мне, что внутри меня есть сила. Вы дали мне инструменты, чтобы выжить, и смелость, чтобы ими пользоваться. Я никогда этого не забуду. Вы были моим Наставником, моим Проводником, моим Спасителем. За это я буду благодарна вам всегда.