Книга Договорная любовь, страница 187 – Лорен Ашер

А также лоферы, которые напоминают мне о паре, которую я случайно испортила.

— Пожалуйста, скажи, что это новые туфли, — говорю я после того, как он меня целует.

Он смеется.

— Это первое, что ты хочешь мне сказать?

— Могу сделать комплимент твоему внешнему виду?

Он снова осматривает меня, как будто одного взгляда было недостаточно.

— Я бы предпочел сосредоточиться на твоем внешнем виде.

Я снова целую его.

— Спасибо за платье.

Он кружит меня, и я спотыкаюсь из-за шпилек.

— Пойдем? — он предлагает мне руку, и я хватаюсь за его локоть.

— А что случилось с вечеринкой у тебя дома? — спрашиваю я, пока он ведет меня через ворота.

— У меня были другие планы.

— Честно говоря, я немного сомневалась, стоит ли просить всех снимать обувь у входа, так что, думаю, так будет лучше.

Он снова улыбается мне, и от этой улыбки он кажется намного моложе. Даже менее… озабоченным.

— Я попрошу тебя закрыть глаза.

— Эм…

— Доверься мне.

Я неохотно закрываю глаза и позволяю Лоренцо вести меня по траве. Трава под моими ногами сменяется галькой, и если бы он не держал меня за руку, я бы споткнулась.

— Почти пришли.

От тихого звука бегущей воды у меня замирает сердце. Я не была у фонтана с тех пор, как Лоренцо в последний раз был здесь, поэтому я понятия не имею, почему он…

— Теперь можешь открыть глаза.

Я хочу, но боюсь того, что могу увидеть. Лоренцо не торопит меня, поэтому я жду целую минуту, прежде чем открыть глаза.

Вид отцовского сада мгновенно вызывает у меня слезы. Исчезли унылые, полузасохшие живые изгороди и давно заброшенные клумбы, а на их месте появились цветы всех видов. Со всех сторон нас окружают здоровые живые изгороди, а старая обветшалая скамейка заменена на новую. Над нами нависает белая шпалера, между деревянными планками которой вьются здоровые лианы с крошечными цветами, создавая тень от солнца.

Все вокруг идеально, и я испытываю огромную радость, видя, что сад моего отца снова цветет. Это все, о чем я могла мечтать, и это так напоминает мне о том, как все выглядело в те времена, когда мой отец заботился о нем.

Лоренцо подводит нас к скамейке с золотой табличкой, привинченной к сиденью. На металле выгравировано любимое изречение моего отца:

— Un Muñoz nunca se rinde⁴⁷.

Он вытирает пятно от воды с таблички.

— Возможно, когда-нибудь мы напишем здесь другую фразу.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы ведь хотим, чтобы наши дети усвоили самый важный урок своего дедушки, верно?

У меня внутри все переворачивается.

— С твоей стороны немного самонадеянно полагать, что эти гипотетические дети возьмут твою фамилию.

Он ухмыляется.

— Неважно, чью фамилию они возьмут — твою или мою, главное, что они будут нашими.

Я шмыгаю носом, борясь со слезами, которые наворачиваются на глаза.

— Как тебе это удалось?

Он потирает затылок.

— Неприличное количество кофеина и ненормированный рабочий день из-за твоего и Мэнни графика.

Я недоверчиво качаю головой.

— Что ты ему предложил?

Он корчит гримасу, но тут же исправляется.

— Дал ему на выходные мой GNX.

— Мне стоит знать, что это такое?

Лоренцо смотрит на меня так, будто больше не хочет быть со мной помолвленным.

— Это машина, Лили.

— Вау. Никогда не думала, что доживу до того дня, когда ты наконец позволишь ему сесть за руль одной из своих машин.