Книга Договорная любовь, страница 189 – Лорен Ашер

Я планирую позже зайти в старшую школу Вистерии, чтобы проголосовать, но сегодня утром придерживаюсь своего распорядка и в десять утра встречаюсь с доктором Мартин. Терапия по-прежнему мне не нравится, но, по крайней мере, она стала чуть более терпимой с тех пор, как мы перестали обсуждать моих умерших родителей и самовлюбленного, склонного к эмоциональному насилию дядю.

Мои компульсии по-прежнему остаются проблемой, но я прилагаю больше усилий, чтобы бороться с навязчивыми мыслями с помощью доктора Мартин. Мы с Лили даже посетили еще один кулинарный мастер-класс, и на этот раз мне удалось съесть несколько кусочков, хотя я по-прежнему испытывал с этим трудности.

Но прогресс, каким бы незначительным он ни был, все равно остается прогрессом.

После утреннего сеанса терапии я направляюсь в тренажерный зал, а затем захожу в «Розы & Шипы» и угощаю Лили обедом, — моя новая привычка, которая появилась два месяца назад. То, что я забочусь о ней даже в мелочах, удовлетворяет мою потребность, о которой я даже не подозревал, и мне почти ничего не стоит каждый день вызывать у нее улыбку.

После этого мы с Лили идем в старшую школу, где оба голосуем. Она шутит, что у нее нет выбора, и все волонтеры, работающие в кабинках для голосования, смеются, обвиняя меня в запугивании избирателей после того, как я крепко целую Лили в губы.

Она проскальзывает за занавеску с глупой улыбкой на лице и не дает никому, в том числе и мне, увидеть ее, пока заполняет бюллетень.

Благодаря компьютерным системам, в которые Лейк-Вистерия вложил средства во время последних президентских выборов, результаты могут появиться уже сегодня вечером, но Уиллоу сказала мне, что не стоит ждать никаких обновлений до завтрашнего утра.

Ожидание будет мучительным, но Лили намерена отвлекать меня всеми возможными способами до завтрашнего дня. Следующие несколько часов мы прячемся в моем доме, выходя из спальни только за едой, водой и чтобы выпустить Дейзи на улицу.

Если бы я мог, Лили вообще не пришлось бы уходить, но она по-прежнему соблюдает правило своей мамы.

— Ты не можешь уйти, — говорю я, когда она начинает собирать с пола свою одежду.

— Я не могу остаться на ночь.

Я откидываюсь на изголовье кровати и потягиваюсь, на время отвлекая ее своим подтянутым животом.

— Но мы же помолвлены.

— Ты же знаешь правило моей мамы — не спать с мужчиной, пока не выйдешь за него замуж, — она подражает голосу своей мамы, и у нее это на удивление хорошо получается.

— Мы легко можем решить эту проблему.

— Конечно, через полтора года. Может, через два.

У меня отвисает челюсть.

— Что?

— Почему ты так удивляешься?

— Два. Года?

— Мы не так уж долго вместе.

— И что? — спрашиваю я, все еще шокированный ее словами. — Мой отец женился на моей матери через два месяца после знакомства.

Она замирает, поправляя платье.

— Что? Я этого не знала.

— Тогда был настоящий скандал. Брачный контракт они тоже подписывать не стали, но это не имело значения, поскольку они отошли от управления семейным бизнесом.

Я знаю, что Лили очень хочется услышать еще что-нибудь о моих родителях, поэтому она отказывается от своего плана уйти и забирается обратно в кровать. Она идеально помещается в моих объятиях, и мне нравится ощущать ее тело, прижатое к моему.