Книга Розовый мед – 4: Зимний сезон, страница 22 – Владимир Атомный

— У меня очередной приступ самоуничижения.

Вдруг, я ощутил её тёплую ручку на поверх члена. Он и так был растревожен, скажем так, а тут меня едва не согнуло от спазма.

— Могу попробовать вылечить это, Мастер.

Через пятнадцать минут мы уже пили чай с тёть Машей и дядь Сергеем. Оба радовались мне как родному, спрашивали как дела и что с учёбой. Ясное дело, что до каких-то дел у нас с Чёрной Кошкой не дошло — стояли там на лобном месте, тёть Маша заметила и позвала в дом. Я лишь помог сделать несколько фотографий.

Ещё додумался написать Сонетте, что сижу в гостях, а точнее — где! Хотел коротко передать описать случившееся, но совершенно не нашёл слов. Было проще сослаться на маму Неколины и её настойчивость.

Опять же, не прошло и получаса, как мы, весьма напившись чая, сидели в комнате Чёрной Кошки уже в компании сестры. Она пришла взволнованная и нервозность не покинула её до сих пор.

— Вообще-то я хотела сама сказать тебе про Самми.

— Ладно уже, — отвлеклась от обработки новых фото Неколина. — Я предполагала, что вы сможете понять друг друга.

Она сидит за огромным и дорогущим монитором, широкоформатного типа и качественной матрицей для обработки видео. Снизу мерно шумит мощнейший системник.

— Если честно, — комментирует Сонетта, — пока что всё как было.

— Я же не виню тебя за это. Будет неправильно говорить это в присутствии Самуила, но его прощение было неизбежно.

— Ну нет, Линка!

— При условии, что он приехал не погостить и развеяться, а навсегда.

— Навсегда?.. — неуверенно проговорила Сонетта, переведя взгляд с подруги на меня.

Неколина быстро обернулась на мою сестричку и снова вернула взгляд к фоторедактору.

— Образно выражаясь. В институт-то ездить всё равно придётся.

— Но-о-о… Самми? — уставилась на меня Сонетта.

— Да куплю, в конце концов, велик или самокат, — отозвался я, — чтобы быстро до Клина доезжать, а там уже не долго до Москвы. Полчаса на Скайвее.

— Так ты не уедешь после каникул? — поражённо переспросила Нетта.

— Знаешь, чтобы не нагнетать лишнего пафоса, — нервно рассмеялся я, — особо над этим не думал. Но именно сваливать после каникул не собирался. Мы же с батей вернулись к вам. Во всяком случае он сказал, что мы снова переезжаем сюда.

— Самми! — взвизгнула Сонетта и бросилась обниматься. Я как блаженный дурачок подскочил с кровати и встретил её на полпути. Не хватало только слёз но их, всё же, удалось сдержать.

— Господи, Неттка, какая ты дурочка, — услышал я со стороны стола.

— Неправда! — несколько в нос, отозвалась сестричка и выбралась из объятий. — Мне мама говорила, что только дядь Костя останется, а Самуилу будет удобно ездить с квартиры в Москве.

— Логично, — прокомментировала Неколина.

— В общем, — посмотрела на меня влажными глазами Сонетта, — я рада.

Разведя руками и улыбаясь, отвечаю:

— Ну, я как бы тоже.

— То есть как «как бы»? — опешила она, а Неколина издала смешок.

— Блин! Я не то хотел сказать.

Сестра уставилась на меня непонимающе.

— А что?

— Ну, я рад, конечно, сильно рад. Просто это не какое-то одно чувство. У меня там всё смешалось, словно продираюсь сквозь колючки. Это радость смешанная со страданием.

— Я не понимаю, Самми, — скуксилась сестра.

— Он хочет сказать, что рад даже больше, чем ты, — пришла на подмогу Чёрная Кошка. — Готов даже броситься в котёл с раскалённым маслом. Или наоборот в ледяную реку. Чтобы его разом начали сечь сотней плетей.