Книга Розовый мед – 4: Зимний сезон, страница 74 – Владимир Атомный

В школе нам говорили, что пиковые нагрузки на транспортную систему возникали в силу экономии и традиционно сложившегося уклада работы и отдыха. Дневной свет позволял работать без освещения, либо применять его ограничено. Сейчас этих проблем меньше, а рабочий процесс подвержен большему контролю. График на работе может начинаться с шести утра и вплоть до обеда. Рабочее время тоже разное, исходя из местных условий. Всё что можно переводится на дистанционную работу. В школах уроки начинаются не ровно в восемь или половину десятого, а в диапазоне трёх часов. Причём, если первым идёт физра — приходишь не в школу, а зал. Спецкурсы в основном дистант.

С грустью я подумал, что покупать четыре самоката батёк и Маргарита не станут. Это нам с Сонеттой самим придётся копить. Прям легко представляются реплики со стороны её мамки… да Маргарита из принципа будет давить на батю, чтобы не покупал.

Смирившись с этим, припустил до станции ещё быстрее. Это вроде остановки, только надземной, куда приходит струнный путь от доминанты Клина. Все кто живёт в садовом обществе приезжают и уезжают отсюда. В отличии от того, как было раньше с областным транспортом, вагончики скайвея шныряют туда-сюда круглые сутки. Ночью — реже, только один в час.

В числе ещё четверых людей, я запрыгнул в уже отходящий вагон и спешно плюхнулся к окну. Теперь можно достать смартфон, а то в минус двадцать за бортом пялиться было сложновато. И чего батя сетовал на нашу зиму? Никакой слякоти.

— Божечки, Самуил, какая неожиданная встреча! — вдруг услышал я и испуганно обернулся на голос тёть Маши.

— Мадам⁈ — тихо выговорил я.

— Это я, мой мальчик, — села она рядом и глазами полными любви уставилась на меня.

Одетая в тёплейший, насколько я знаю, пуховик на гусином пуху. Парка доходит ей до колен, а ниже опять колготки и тёплые сапожки. Грудь тёть Маши заметно выпирает, несмотря на бесформенный, в общем-то, тип верхней одежды. Образ суккуба дополняет миловидное лицо с тёмными масляными глазами и красный цвет пуховика.

— И… куда вы едете?

— Нужно кое-чего личного купить, подарочки посмотреть и на разные процедурки сходить. Я бы могла почтой, но очень боюсь расстроить Серёжу, — сделала несчастное лицо она. — А ты куда?

— Да это… тоже за подарками.

— И мне купишь?

Я вдруг вспомнил, что носков, во первых, не хватит, а во-вторых, дарить их тёть Маше будет явно не очень. В голову пришла гениальная идея:

— Уже купил. Для вас сделал заранее, — соврал я и тем ещё на штык углубил себе могилу.

— Ты же мой хороший! — потянулась она и душистыми от парфюмированного крема руками, начала нежно тискать за щёки. — А мне что для тебя сделать? Прости, но я не смогла в прошлый раз снять косплей на Маи Сакурадзиму. Конечно же у меня был подходящий боди, но потом я увидела бархатный, с таким шикарным вырезом в виде сердечка, что решила повременить.

— Да ничего, я не в претензии, Мадам.

— Будет или в Новый Год или после. Как фотографии обработают.

— Карамелька?

— М-м-м, — обиженно надула губы тёть Маша и ненадолго отвернулась, — ты и это знаешь. Мой стыд, признаюсь.

— Уже привык, не переживайте.

— Спасибо, Самуильчик! — быстро пришла в себя она. — Так как же мне отблагодарить тебя? Какой подарочек купить?

— Мадам, а может вы с дядь Сергеем накупите фейерверков? — вдруг предложил я. — Чтобы прям бомбически встретить. Как запалим все фитили и пипец.