Книга Розовый мед – 5, страница 60 – Владимир Атомный

Нас ожидаемо разбудила Сонетта. Она такая хорошая — принесла коробку с пиццей и бадью кофе, а тут такое…

Спросонья я совершенно не мог придумать убедительную причину случившемуся. Морщился, пытался проморгаться, прятал в складках пледа утреннюю эрекцию.

После громкой и возмущённой фразы «Что ты тут делаешь?» Кошка села на кровати и со стоном переходящим на фальцет потянулась. Большие синие глаза похлопали ресничками и невозмутимо возрились на сестричку.

— Секундочку, — попросила хрипло она, затем перегнулась через меня и довольно нагло забрала у Нетты чашку, тут же приложившись. Спустя пару глотков отвечает: — Я каталась ночью на самокате и он сел возле озера. Пришлось зайти и поставить на зарядку.

Очень предусмотрительно я в это время откинулся на подушку и, как пишут в высокопарных историях, «смежил веки». Тем самым избавил себя от греха видеть наготу бестыжей Кошки. Прямо говоря, одно дело когда Сонетта в очередной раз понимает, что на подружке нет белья, а другое я тому свидетель.

Далее Неколина перелезла через меня, но теперь явив прелести уже драгоценной подруге. После не менее бесстыже полезла за пиццей. За что получила по рукам.

— Дура! Как я вообще тебя терплю не понимаю! И где связь между «поставить самокат на зарядку» и оказаться в постели Самми? Кстати, что ты молчишь?

— Ну она как матёрый ассасин прокралась ко мне, — подхватил легенду я. — Так бы я тут же бы выгнал. Нифигасе! Почти голая и под одним пледом.

— Вот поэтому и… — Неколина прервалась на таки выкраденный кусок пиццы, — прокралась. Прости, сестрёнка, я очень хотела спать и просто пошла сюда. Иначе бы выбрала тебя.

Я наконец встал и состроив извиняющую морду, прошёл мимо них в туалет. Сонетта выглядит растерянной, наверняка не знает теперь что делать с возмущением и гневом. Надеюсь, Нека справится с этим — я пока не игрок большого тенниса.

По возвращению застал обеих сидящих за моим игровым столом и уминающих пиццу. Кофе осталось уже на дне. Сонетта втолковывает очевидные вещи, а Кошка делает участливый вид.

— Дядь Женя был прав, получается, — выдал я. — Кот за порог — мыши в пляс.

— Братик! — угрожающе вымолвила Сонетта, сощурив глаза. — Быстро тогда пошёл обливаться! Двумя холодными ведрами, понял?

— Да за что ты так⁈ — шутливо возопил я.

— А если станешь спорить, то лично третьим оболью.

— Всё-всё! — расхохотался я. — Но с тебя новый кофе.

Меня взял порыв и пока он не передумал, пока не выкинул, я помчался вниз, где уже стоят пустыми два ведра. Сначала хочу пропустить воду, чтобы прям холодная. Взял шланг в руку, солнце слепит глаза и жарит к десяти утра прям хорошо. И пока суть да дело, скинул домашние штаны и безразмерную майку, а-ля, качок, а затем протянул шланг до пятачка с цветами.

— Ну куда ты под солнцем-то? — мгновенно нарисовался дядь Женя. Сам, кстати, тоже занят поливом. Подкладывает шланг под зреющую вишню.

— А до двенадцати же можно?

— Эх, всё у вас наперекосяк.

— Не переживайте, дядь Жень, не подохнут. Наоборот, мало их без меня поливали, а щас как начну и ого-го какие вымахают.

— Посмотрим, — проворчал он. — Вы это, осторожней на своих самокатах катайтесь — мужика уже пару раз видел, не местный и мутный какой-то. Говорит, металлы ищет с этой хреновиной на штанге.