Книга Розовый мед – 5, страница 61 – Владимир Атомный

— Ладно, я скажу девчонкам.

— Отца твоего вчера предупредил, а он отмахнулся, мол, может действительно лом ищет.

Я уже крепко всё залил, потому просто пожал плечами и проговорил:

— Ну может действительно…

— Не нравится он мне, — остро зыркнул дядь Женя.

Внутренне я отмахнулся от предупреждения. Ну мало ли у кого какие приколы? У нас тут не закрытый город и времена, как в том мемчике, не такие, чтобы подозревать каждого не местного. Нашему соседу просто скучно одному, вот и играет в дозорного.

Быстро наполнив вёдра, я крикнул:

— Нетта!

Она любит смотреть как я мучаюсь и ору при обливании. Сейчас ещё не так, а вот зимой…

Обе моих кошечки вышли на крыльцо. Я ухватился за остатки порыва и подхватил первое ведро — хлыщ! Делаю вид, что мне в кайф и потому звуки не такие громкие и отчаянные.

Следом второе, главное не тянуть! Тут уже вообще можно скорчить убера, тряхнуть мокрыми волосами и это вот всё.

На меня смотрит две пары обожаемых глаз: Сонетта весело, а у Неколины явное восхищение. Вернув ведра на место и довольный собой, пошёл к ним. Улыбаюсь, со стороны словно герой западного ситкома, но на самом деле просто лыблюсь как дурак.

— Прощён по всем пунктам?

Сонетта мило улыбнулась:

— Осталось сделать вот так… — она вдруг надавила мне на затвердевший сосок.

Мы грохнули смеятся. Вернуть ей «мяч» не могу, а когда сестричка развернулась и пошла в дом, Неколина в воздухе показала как выкручивает соски. Предполагается, что бесконечно милой подружке, но мне тут же вспомнились её большие, тёмно-красные.

Наверное, у обычных людей ассоции будут самые мирные, мол, такими вскормит не одного ребёнка. Мне же в голову лезут только пошлые: сжать/сдавить самому; стиснуть грудки, чтобы остались следы от пальцев; что-нибудь садо-мазохистское, вроде пирсинга или воска.

Всё же я как тот кувшин, из которого может вылиться только то, что налито. Ну либо у нас с Некой нитротолуоловая смесь. Я бы даже скорректировал до некро-толуоловая.

— Братик, пиццы осталось не много, а кофе — вот, — вывела из греха Сонетточка.

Иногда меня посещает мысль, что как вообще можно в неё чем-то тыкать…

— Чую-чую! Крепче бетона. Спасибо большое, Медовочка. Ой, сорри, вырвалось!

Неттка быстро глянула на подругу, но у той вниманием завладела коробка с пиццей.

— Эй, это Самми всё! — тут же вспыхнула сестричка.

— У вас полный холодильник… ом-ном! еды, — подвела к мысли Неколина. — Я сейчас что-нибудь приготовлю.

— Ты⁈ — первой воскликнула Сонетта.

— Да ладно⁈ — уже я.

— Не делайте таких жабьих глаз, — скосила поджатые губки Кошка. — Дома готовит только мама и с кухни её очень сложно выгнать. Но это не значит, что мы с папой не пытаемся.

— Круто, круто… — протянул я, переглянувшись с попрежнему удивлённой сестрой. — А что сделаешь?

— Если позволите, Мастер, то просто жареные яйца и бекон. К ним можно быстро приготовить соус из зелени, масла и орешков. А ещё у вас моцареллы огромный кусок — могу и его ломтики обжарить в панировке.

— Ого! — я едва не закрыл обратно коробку с остатками пиццы. — Кажись, тосты к такому завтраку подойдут идеально.

— Вы правы, — слегка улыбнулась Неколина. — У вас тостер появился?

— Мама его убирала, чтобы мы меньше ели белого хлеба, — с грустью поведала Нетта. — Недавно специальный хлеб появился из муки грубого помола и тостеру было разрешено вернуться на кухню.