Книга Роковая красотка, страница 33 – Миша Дрик

— А ты никогда не слышала про тесты на определение отцовства? — Угроза ничуть не испугала меня. Думаешь, совпадения по крови будет недостаточно? — Катерина поднесла руку к задрожавшим губам.

— Что же делать? — убитым голосом спросила она, не глядя на меня.

— Думаю, проще всего вам переехать ко мне и жить вместе. А ты что скажешь? — я взял из рук Катерины пижамку, аккуратно сложил и присоединил к стопке вещичек. — Ого, у тебя даже челюсть от изумления отвисла!

— Что скажу? — хрипло повторила она. — Скажу, что ты последний ум утратил!

— Единственное, что я утратил — это мою дочь. И я хочу вернуть ее, Катерина.

— Тебе не удастся отнять ее у меня!

— Да, это было бы не в интересах Софии, — согласился я. Но ответ её не утешил.

— Нет, ты ошибаешься, это не проще всего!..

Пережить предательство близкого человека необычайно трудно. Человеку хочется забыть обо всем, что произошло и не думать о прошлом, не хочется говорить и обсуждать случившееся.

*****

— Что, — презрительно бросила она через плечо, — каких-то полчаса общения с малышкой и ты уже устал?

— Нет, я устал от твоих придирок, — в тон ей ответил я, устало откидываясь на спинку кресла. Чуть поостыв, я продолжил уже более мирно: — Нам надо кое-что обсудить.

Катерине не понравилось, как это прозвучало. И она попыталась сделать вид, будто держит ситуацию в руках.

— Я всей душой за то, чтобы установить правила общения.

Дочка уснула почти мгновенно, так что ей не было предлога задерживаться в детской. Да и зачем оттягивать неизбежное? Нужно прийти к компромиссу — чтобы и меня устраивало и её.

Катерина решительно вошла в гостиную.

Однако представшее ее глазам зрелище заставило её замереть на месте. Стоя вполоборота к двери, я прижимал к лицу шелковый шарфик, который она оставила на спинке дивана.

Почувствовав ее присутствие, обернулся и, совсем не устыдился, что меня застали за столь сентиментальным занятием.

— Пахнет совсем как твоя подушка в доме. — Я говорил негромко, но в глазах горел лихорадочный огонек. Она смотрела на меня, не отрываясь.

У меня перехватило дыхание. В мгновение тело налилось томлением, а в мозгу пронеслось дразнящее, необыкновенно живое воспоминание о том, что было между нами.

— Лишь этот аромат остался мне в подтверждение того, что ты была не сном. — Я не сводил с нее глаз.

— Прости.

— За что? За то, что сбежала, точно вор, на рассвете. Что не нашла в себе мужества остаться и взглянуть в лицо неизбежным последствиям. — Бля, я знаю, что виноват, знаю, что поступил подло. Я знаю, блять! Да и какой теперь смысл искать оправдание своему тогдашнему поведению!

— Да, я должна была остаться. Хотя бы для того, чтобы взглянуть тебе в глаза. Понять — зачем?

— Кать, я...

— Что, Катя, Паш? По-твоему, я должна молча проглотить измену? — она издала нервный смешок. — Подумала, что ты сам будешь рад, если я скроюсь по-тихому.

— Рад? Катя, я сразу понял свою ошибку. Я знаю, что такое не легко принять, но я хочу, чтобы мы снова стали семьёй. Как только я понял, что ты исчезла... Я... волосы на себе рвал. Я люблю тебя, родная! До сих пор люблю. Ни одна женщина не важна для меня. Только ты!

Катерина невольно схватилась рукой за горло. Она попыталась отвернуться, но мой горящий взгляд не отпускал.