Книга Лучший крутой детектив, страница 195 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

— Согласен, скорее всего, родители в курсе Костиных проблем. А что я могу сказать? В округе был ровный парень. Как все. В какой-то момент, около года назад, заговорил об увольнении, о собственном бизнесе. Пропал. А через некоторое время объявился, начал звонить. Лично я решил, что с бизнесом у него не заладилось.

— Что за бизнес?

— В том-то и дело, что не было никакого бизнеса, но планы были.

Волков решил не упоминать про автосалон и Лаврика — бывшего всесильного руководителя округа. С опером поделился и будет. Если реализуется информация, она до Евгении Федоровны дойдет в наилучшем виде, а нет — так чего ее светлую голову засорять. А может быть, он не мог заставить себя серьезно воспринимать Шорохову, как процессуальное лицо, и продолжил:

— Сомов замкнулся, начал пить. Мог позвонить под этим делом, угрожать суицидом. Наши переживали за него. Неприятно, да и нужно ли упоминать об этом в протоколе?

— Ну ничего себе. Так может, он не ограничивался алкоголем?

— Нет-нет, даже не думайте. Когда сталкиваешься по работе с наркоманами, точно знаешь, что их дорогой не пойдешь. Уверен, не было ничего, крепче абсента.

— Мда. Обнадежили. Но вы видели дом! Купить такой на увольнительные из милиции невозможно.

Теперь Волков молча исподлобья смотрел на прокурорского следователя:

— Я не знаю.

— Точно?

— Да.

— Без протокола?

— Даже без него. Сомов не делился, а лезть с такими вопросами — моветон. У нас, кстати, и про Леру никто не знал. А она была.

— И, согласно ее показаниям, они давно знакомы.

— Вот видите. Скорее всего, лучше, чем она, Костю никто и не знал в последнее время. Евгения Федоровна, могу я ее увидеть?

— Час от часу не легче. Вам не кажется, что это уже перебор?

— Не кажется. Так что?

— Есть выход. Хотите, я напишу рапорт и попрошу объединить нас с вами в следственную группу.

— Ну уж нет. Тогда вы официально станете моим руководителем. Помогать прекрасной даме — готов на все. Подчиняться — у-у.

Женя возмутилась, но, кажется, ее сомнения Волкову удалось развеять. Так или иначе, он получил желанное разрешение с гербовой печатью и попрощался.

Утро выдалось солнечным, безоблачным. Алиска, даром, что девчонка, настоящий товарищ, Волкова не выдала, скрыла от мамы опоздание на занятия по английскому.

Таким образом, по официальной версии с родительскими обязанностями вчера он справился на все сто. И даже работа не помешала, что немаловажно. Анжела осталась довольна, что не могло не отразиться на настроении самого Волкова.

К зданию УВД он подходил с удовольствием. Справедливости ради, надо сказать, что случаи, когда идти сюда не хотелось, можно пересчитать по пальцам. Разве, когда нездоров. Горло, кстати, болело, но температура вроде не чувствовалась, значит, обойдется. Надо будет начать рабочий день с чашки чая. И витамина «С» глотнуть побольше. Так обычно «лечит» его Анжела. Вот ведь, все врачи за антибиотики, а она — за народные средства. Он привык и других лекарств теперь не признавал.

Больничные в следствии — непозволительная роскошь. Свои дела на другого не скинешь. А в остальном, получаетя, на работу — с удовольствием, домой — тоже; по определенной шкале ценностей Волков — абсолютно счастливый человек.

— Чего грустишь Марина? — обратился он к коллеге, растерянно стоящей у большого окна, ведущего во внутренний дворик.