Книга За Бывшего, страница 15 – Елена Анохина

Ника медленно опустила телефон:

— Кажется, нас обеих... вычислили.

Фараон протянул ей бокал, глаза его блестели:

— Не вычислили. Нашли.

Неделя пролетела как один день. Они гуляли по острову, забирались на скалы, ужинали в маленьких тавернах, где Фараон заказывал ей блюда, о которых она даже не слышала. Он оказался удивительно заботливым — то поправлял её шляпу от солнца, то незаметно подкладывал подушку, если она засыпала в шезлонге.

А в последний вечер Ника нашла в спальне букет белых лилий — огромных, благоухающих, с каплями росы на лепестках. Рядом лежала записка: «Жду у бассейна. А.В.»

Она надела то самое платье — лёгкое, белое, похожее на те лилии, — и вышла.

Ужин при свечах

Бассейн был усыпан лепестками, в воде плавали свечи, а на столе стояли хрустальные бокалы и её любимое вино.

— Как ты...

— Я знаю всё, что ты любишь, — перебил он.

И тогда заиграла музыка. Её музыка.

— Ты... купил мои песни?

— Все. И да, их уже крутят на радио.

Ника не могла говорить.

Они ужинали под её голос, звучащий из невидимых колонок, а Фараон смотрел на неё так, словно она была единственной женщиной на земле.

Лунный свет струился сквозь окна, рисуя на полу причудливые узоры. Воздух был наполнен ароматом морского бриза и едва уловимыми нотами жасмина, растущего у террасы.

Он поцеловал её впервые у бассейна — нежно, вопросительно, давая ей возможность отступить. Но Ника ответила на поцелуй с такой искренностью, что у него перехватило дыхание. Его губы, чуть шершавые от морской соли, касались её кожи с осторожностью, словно боясь спугнуть этот хрупкий момент.

В его объятиях она чувствовала себя одновременно защищённой и свободной — парадокс, который заставил её сердце биться чаще.

В спальне он опустил её на кровать с такой осторожностью, будто она была сделана из тончайшего фарфора. Простыни, охлаждённые кондиционером, приятно холодили кожу. Ника зажмурилась, когда его пальцы медленно скользнули по её ключице, обводя каждую косточку, словно запоминая на ощупь.

— Ты уверена? — его голос звучал хрипло, в нём слышалась внутренняя борьба между желанием и уважением к её выбору.

В ответ Ника провела ладонью по его щеке, ощущая лёгкую щетину. Её пальцы скользнули ниже, к воротнику рубашки, медленно расстёгивая пуговицы одну за другой. В этом жесте было столько уверенности, что он замер, позволяя ей вести.

Когда их тела наконец соприкоснулись без преград, Ника ахнула — его кожа была горячей, несмотря на прохладу комнаты. Каждое прикосновение рождало новые ощущения: губы на шее, руки на талии, колени, осторожно раздвигающие её бёдра.

Он не торопился, исследуя каждый изгиб её тела с почти научной тщательностью. Когда его пальцы нашли особенно чувствительное место у неё на спине, Ника невольно выгнулась, и он запомнил эту реакцию, повторив движение снова.

В моменты, когда страсть грозила перехлестнуть через край, он замедлялся, переводя дух, давая им обоим время осознать происходящее. Его дыхание было неровным, капли пота стекали по вискам, но в глазах читалась не только страсть — там была какая-то новая, незнакомая Нике нежность.

Когда они наконец соединились, Ника закусила губу, ощущая, как всё её тело наполняется теплом. Он начал двигаться медленно, внимательно следя за её реакцией. Каждый толчок, каждый вздох, каждое движение — всё было частью их немого диалога.