Книга За Бывшего, страница 17 – Елена Анохина

Фараон. В идеальном чёрном смокинге, с тем самым взглядом, от которого у неё перехватывало дыхание.

Рядом — отец.

Отец?!

— Пап?! — Ника ахнула.

— Иди сюда, дочь, — он протянул руку, улыбаясь во весь рот.

И тут она увидела Свету.

Которая стояла рядом с Димой, сияя, как новогодняя ёлка.

— Ты… — Ника остолбенела. — Ты это организовала?!

— Ну… — Света застенчиво (фальшиво!) потупилась. — Может быть…

И тогда они сделали это.

Фараон и Дима синхронно достали коробочки.

Синхронно встали на одно колено.

Синхронно открыли крышки.

— Ника, — голос Фараона звучал твёрдо. — Выходи за меня.

— Света, — Дима улыбался. — А ты — за меня.

Света взвизгнула и прыгнула Диме на шею, едва не опрокинув его.

А Ника…

Ника стояла, как вкопанная.

— Ты… — она посмотрела на Фараона. — Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Без моего согласия?

— Ты могла сказать "нет" в любой момент. Но не сказала.

Она открыла рот, закрыла, снова открыла…

И тут отец громко рассмеялся:

— Боже, она ещё и думает!

Гости зааплодировали.

Фараон поднял бровь:

— Ну?

Ника посмотрела на кольцо (огромное, кстати). На отца (сияющего). На Свету (которая уже примеряла своё).

И вздохнула.

— Ладно. Но только если ты никогда больше не будешь подсыпать мне снотворное.

Фараон рассмеялся, поднялся и поцеловал её прямо при всех.

А отец удовлетворённо кивнул:

— Ну вот и договорились.

Москва. Свадьба Светы и Димы

Бальный зал "Монарха" сверкал хрустальными люстрами, а по стенам вились гирлянды из белых роз — Света настояла на "сказочном" стиле.

— Я же говорила, что выйду замуж в этом клубе! — она кружилась в облаке тюля и кружев, поправляя диадему. — Только представляешь, Ник? Мы с тобой тут устроили скандал, а теперь я здесь же выхожу замуж!

— По иронии судьбы, за начальника охраны этого клуба, — усмехнулась Ника, поправляя подруге фату.

Дима, обычно такой серьёзный, сегодня не мог скрыть улыбки. Когда он произносил клятвы, голос его дрожал — Света тут же разрыдалась и вытерла слёзы его галстуком.

Гости смеялись, шампанское лилось рекой, а Фараон, стоя рядом с Никой, тихо прошептал:

— Надеюсь, наша свадьба будет поспокойнее.

— В Исландии, среди ледников, спокойно? — Ника подняла бровь.

— Ну... относительно.

Исландия. Свадьба Ники и Фараона

Ветер гудел в горах, разбрасывая лепестки белых лилий по чёрному вулканическому песку. Ника стояла в платье с длинным шлейфом, который развевался, как крылья.

— Ты похожа на валькирию, — сказал Фараон, принимая её руку.

— А ты — на викинга, который её похитил, — она улыбнулась.

Церемония была короткой. Только они, священник, да бескрайние горы вокруг. Когда Фараон надел ей на палец кольцо, Ника вдруг осознала — она больше не боится. Не боится доверять, не боится любить.

— Клянёшься? — спросил священник.

— Клянусь, — они ответили одновременно.

А потом, уже в домике у камина, Фараон вдруг сказал:

— Я купил остров.

— Какой ещё остров?!

— Тот, где мы были. Теперь он наш.

Ника рассмеялась:

— Ну, конечно. Потому что просто виллы — это слишком скучно для тебя.

Осень в Подмосковье была золотой. Старый дом Бережновых пахнул яблоками и дымком от камина.

— Ну что, дети, — отец поднял бокал, — за ваше здоровье. И за... будущих наследников.

Тишина.

Света покраснела, Дима закашлялся, а Ника и Фараон переглянулись.

— Насчёт наследников... — Ника медленно улыбнулась.

— Мы ждём, — закончил Фараон.

— Кого?! — отец ахнул.

— Нас двоих, — Света сияла, как ёлочная гирлянда.

Казалось, от такого известия старый Бережнов вот-вот рухнет на пол. Но вместо этого он рассмеялся, обнял всех сразу и провозгласил:

— Будете крестными друг другу! Иначе никак!

— Договорились, — Фараон кивнул, а Ника добавила:

— Главное, без снотворного в шампанском.

Вадим и Оля действительно уехали в Норильск.

— Рай в шалаше, — говорила Оля, кутаясь в три слоя одежды.

— Да какой к чёрту рай, — ворчал Вадим, чиня печь.

Но это уже совсем другая история.

А Ника и Фараон путешествовали между Исландией, Хорватией и Москвой, успевая и бизнесом заниматься, и друг другом наслаждаться.

Как-то раз, уже перед самым рождением малыша, Ника спросила:

— А ты не жалеешь?

Фараон посмотрел на неё — по-прежнему твёрдо, по-прежнему без тени сомнения:

— О чём?

— Что связал жизнь с "девушкой-скандалом".

Он рассмеялся, обнял её за плечи и ответил просто:

— Это лучшее, что со мной случалось.

И, кажется, это была самая честная его фраза за всё время.

Конец.