Книга Статья о любви, страница 34 – Елена Анохина

Алик уставился на экран. Она… всерьез ввязалась в эту аферу? Он не поверил своим глазам.

Елена:

Что касается «незаконного проникновения» — это не уголовная статья. Кот не является субъектом права. Вы можете обратиться к хозяевам с претензией о ненадлежащем содержании животного, если оно представляет опасность или причиняет неудобства. Но для начала советую просто поговорить с соседями. Возможно, кот просто ищет приключений.

Он читал и не мог поверить. Она давала ему настоящую юридическую консультацию! По поводу кота! Он лихорадочно стал сочинять ответ, чтобы поддержать беседу.

Алик:

С соседями сложно. Кот выглядит как беспризорник. Боевой, с рваным ухом. Как бывший зэк.

Елена:

Тогда это животное без владельца. Согласно закону об ответственном обращении с животными, вы можете… но это долго. Проще купить ему корм и наслаждаться обществом свободной личности. Или вызвать службу отлова, но это негуманно.

Алик:

Он мою колбасу ворует! Докторскую!

Елена:

Докторская — не самый полезный продукт для кота. Купите ему паштет. Или вискас. Сэкономите на колбасе и избежите судебных издержек по делу «Альберт против Рыжего Беспредельщика».

Алик фыркнул. Она шутила. С ним. В переписке. Это был беспрецедентный успех.

Алик:

То есть, вы предлагаю мне подкупить преступника? Это не противоречит адвокатской этике?

Елена:

Я предлагаю вам проявить здравый смысл. Иногда миска корма решает проблемы лучше, чем исковое заявление. Юридическая жизнь.

Он сидел и глупо улыбался своему телефону. Они переписывались. Он чувствовал себя подростком, который получил ответ от симпатичной одноклассницы.

Алик:

Понял. Попробую договориться с ним на уровне паштета. Спасибо за консультацию. Как мне вас отблагодарить?

Он написал это и тут же замер. Слишком прямо? Слишком навязчиво?

Ответ пришел почти сразу.

Елена:

Очередной тортик принесете? Только, пожалуйста, без Пушкина. Мой желудок и мои литературные чувства не выдержат повторного удара.

Он рассмеялся вслух. Громко. Так, что Бандит на подоконнике открыл один глаз и презрительно посмотрел на него.

Алик:

Обещаю. Только торт. И может быть вискас для вашего нового клиента.

Елена:

И на том спасибо. Удачи в переговорах с мафиози. Если что — обращайтесь.

На этом разговор закончился. Алик откинулся на спинку кресла и смотрел на потолок. В груди у него было тепло и необычно легко. Он не облажался. Он не сказал ничего глупого. Он даже пошутил, и она ответила тем же.

Он выглянул на балкон. Бандит сладко потягивался, грациозно изгибая спину.

— Слышь, ты, — сказал ему Алик. — Рыжий беспредельщик. Ты мне за колбасу ответишь. Паштетом.

Кот зевнул, показав острые клыки, и продолжил нежиться на солнце.

Алик взял телефон и набрал Гришу.

— Шеф? Оружие? Наркота? — тут же ответил тот.

— Нет. Вискас. Самый лучший. И… паштет. И чтоб много.

В трубке повисло молчание.

— Шеф… вы там в порядке? — озабоченно спросил Гриша.

— Никогда не был так в порядке, — искренне сказал Алик и положил трубку.

Он встал, подошел к балконной двери и посмотрел на кота. Тот приоткрыл один глаз, словно говоря: «Ну что, договорились?»

Алик улыбнулся. Впервые его ложь, его «заведомо ложный донос» на кота, принес ему не проблемы, а настоящую, крошечную победу. Он нашел мостик. Хрупкий, смешной, но мостик. И он не собирался его рушить. Он собирался закидать того, по ту сторону, паштетом и тортами, пока мостик не превратится в прочный мост.