Книга Статья о любви, страница 80 – Елена Анохина

Елена смотрела на него, на этого большого, громоздкого мужчину, который стоял перед ней, держа ее руку, как хрустальную вазу, и признавался в своей некомпетентности так же прямо и честно, как когда-то требовал долги.

Она не ответила. Вместо этого она сделала шаг вперед и положила свою голову ему на грудь.

Это было так неожиданно, что он на секунду застыл. Ее дыхание было теплым сквозь ткань. Она просто стояла, прижавшись к нему, и он чувствовал, как медленно уходит напряжение из ее спины.

Он осторожно, почти с благоговением, обнял ее. Не сжимая, не пытаясь прижать к себе. Просто заключил в свои сильные руки, создав кокон, защиту от всего мира.

— Ты и так многому научился, — тихо сказала она в его грудь. — Ты научился просто держать меня за руку. И молчать. Это... это гораздо ценнее любых красивых слов.

Они стояли так, в тихом зале с бассейном, и ничего больше не было нужно. Никаких объяснений, никаких клятв, никаких планов на будущее. Был только этот миг. Мир, украденный у одиночества. Грабеж, совершенный с нежностью.

Алик чувствовал, как ее дыхание выравнивается, как ее тело становится тяжелее, расслабляясь. Он гладил ее спину одной рукой, большими, неуклюжими движениями, боясь сделать больно.

— Знаешь, — прошептала она, и ее голос был сонным, — когда ты вот так молчишь... ты почти идеален.

Он усмехнулся, и смех его был тихим, грудным.

— Тогда я буду молчать чаще.

— Не перегибай палку, — она отстранилась, и в ее глазах снова появилась знакомая искорка. — Мне еще нужно над кем-то подшучивать. А ты мой единственный стабильный источник вдохновения.

— Все для тебя, — с пафосом сказал он, и она фыркнула.

Она посмотрела на их руки, все еще сплетенные, и медленно высвободила свою.

— Мне нужно к папе. Его скоро будут кормить.

— Я подожду. Отвезу тебя домой.

Она кивнула. Не «да», не «спасибо». Просто кивнула, приняв его присутствие в своей жизни как нечто само собой разумеющееся.

Когда она ушла в палату, Алик остался один. Он подошел к краю бассейна и посмотрел на свое отражение в воде. Оно колыхалось, расплывалось, но он видел в нем не старого себя, а какого-то другого человека. Человека, который может не решать проблемы, а просто быть рядом. Который может молчать и держать за руку.

Он достал телефон и набрал Гришу.

— Шеф? — тот ответил мгновенно.

— Гриша, отмени все, что есть на вечер.

— Понял. Кого-то находим? Кого-то прижимаем?

— Нет. Иди домой. К семье. Или... куда хочешь. Просто побудь... с кем-то. Не один.

В трубке повисло долгое, ошарашенное молчание.

— Шеф... ты в порядке? — наконец выдавил Гриша.

— Никогда не был так в порядке, — честно сказал Алик и положил трубку.

Он стоял у бассейна и ждал. Он украл у нее одиночество. И впервые в жизни понял, что есть вещи, которые можно отбирать, не совершая преступления. А совершая чудо.

Воздух в кабинете над «Хромым конем» снова был густым и спертым, но на этот раз пахло не тоской, а чем-то знакомым, старым и опасным — предчувствием большого денежного дела. Доктор, Сёма и Лёха, сидевшие напротив Алика, излучали подобострастное, почти сладкое дружелюбие, которое всегда предвещало аферу.

— Братан, ты просто не представляешь, какой это куш! — Доктор развел руками, его лицо сияло. — Настоящий, последний пароход! Не айфоны, не табак — комплектующие для хай-тек. Штука в десять раз чище и прибыльнее! Контракт уже почти готов, ребята на том конце ждут только твоего кивка. Они тебя уважают, Алик! Без тебя — никак.