Книга Стирая запреты, страница 73 – Кристина Майер

— Спасибо за помощь — стягивая перчатки, благодарю Дарью. Аслан присоединяется и тоже благодарит девушку.

— Всего доброго, — прощается он, натягивая рубашку. — Идём, — взяв меня за руку, тянет за собой. Проносимся по коридорам, вниз по лестнице. Я еле поспеваю за ним.

— Не думала, что ты настолько голодный, — подшучиваю над Асланом, думая, что он спешит в ресторан.

— Ты даже не представляешь, насколько я голоден, — бросает Арданов. Его голос заставляет меня насторожиться, но для того, чтобы убедиться в своих подозрениях, я произношу:

— В ресторане придется ждать заказ, — глядя на него.

— Я не о еде, Еся….

Мое сердце начинает сумасшедше биться.

Открывает заднюю дверь. Переставляет вперед корзину с цветами. Помогает мне забраться в салон, залезает следом. Захлопнув дверь, отрезает нас от всего мира.

— Иди ко мне, — перетягивает к себе на колени….

Есения

Мы целуемся.

Долго….

Страстно….

Жадно.…

У меня губы горят от его настойчивости. Я ничего не имею против, сама поддаюсь напору, втягиваюсь в страстную игру. Повторяя действия Аслана, сплетаю наши языки, втягиваю его губы в свой рот. Чувствую, как между складками становится горячо и влажно. Там все ноет от неудовлетворенного желания….

Руки Аслана не опускаются ниже талии, но пальцы сжимают меня с такой силой, что на коже останутся следы. Он будто запрещает себе поддаваться эмоциям и чувствам, старается контролировать себя. А мне хочется, чтобы нам обоим сорвало головы, как в прошлый раз.

Стянув с плеч расстегнутую рубашку Аслана, веду губами по ключице, вспоминая, как это делал он. Прохожусь по коже языком, дую на влажный след. Откинув голову назад, Аслан резко втягивает носом воздух. Пальцы на моей талии сжимаются с такой силой, что причиняют боль.

— Я собирался за тобой ухаживать, Еся, — сквозь зубы выдыхает хрипло Аслан, он будто обвиняет меня в потере контроля, но от его тона у меня бабочки порхают в животе. Приятно осознавать, что я способна так на него влиять.

Толкаясь бедрами, Аслан трется твердым бугром о промежность, защищенную плотной джинсовой тканью. Если бы я знала о свидании, надела бы платье.

Мои губы продолжают исследовать его твердое тренированное тело. Оставляю поцелуй рядом с перевязкой, скольжу языком к шее, нахожу бешено бьющуюся жилку, втягиваю её в рот. Руки кладу на крепкие мышцы груди, вожу по всему торсу. Задерживаюсь у пряжки ремня.

— Потрогай его, — звучит скорее как приказ, чем как просьба. Он сам берет мою руку и кладет на пах, сжимает моими пальцами каменный, возбужденный член. Глухой рык срывается с его губ. — Расстегни молнию, — заглядывая в глаза, произносит низким, но при этом твердым властным голосом. — Познакомься с ним.

Я никогда не держала в руках член, никогда не ласкала, но меня не пугает такое продолжение вечера. Я готова. Я хочу.

Дрожащие от волнения пальцы плохо слушаются, Аслан сам помогает мне справиться с пуговицей брюк, замочек я опускаю сама.

— Дальше боишься? — с улыбкой подначивает меня Арданов. Мотаю головой, ответить не решаюсь, боюсь, голос меня подведёт.

Запускаю руку в брюки, прохожусь пальцами по всей длине немаленького члена, чья головка упирается в широкую резинку боксеров, требуя выпустить её на волю.

— Поласкай его, — срывается голос Аслана. Чуть съехав на сиденье, он шире разводит бедра. Приспускает боксеры, выпуская нетерпеливый орган наружу. Большой, с набухшими венами и крупной головкой. — Сожми, — командует он. Накрывает мои пальцы своими. — Сильнее. Не бойся, не сломаешь, — показывает, как мне двигать рукой, чтобы ему было приятно.