Книга Твоя ужасная девушка, страница 122 – Аксинья Карпова

— Караулова, ты в поэтессы подалась? — хохотнула Ева.

— И о чем пишешь? — не осталась в стороне Лиза.

Вот зачем я в это все влезла? Думала таким образом понравиться Роме? И стоило оно того? Очевидно, что нет… Пора завязывать. Не хочу быть той, кем не являюсь.

— Нина Николаевна, — игнорируя выпады одноклассниц, произнесла я, — на поэтический вечер больше не пойду, поняла, что это не мое. Биология мне куда ближе.

— Вот как. — расстроилась учительница, — что же, надеюсь, ты еще передумаешь, мы всегда будем рады тебя видеть. — И повернувшись к Диме, продолжила, — а ты хоть придешь? Сегодня мы будем обсуждать вклад поэтов в развитие духовного мира.

— Нет, спасибо, но я решил, что лучшее, что я могу сделать для поэзии — это не становиться поэтом.

— Что ж такое, — покачала головой женщина, — очень жаль. Но вы помните, двери клуба для вас всегда открыты…

— Дим, — удивилась Ева, — а ты там что забыл?

— Что забыл, то вспомнил и нашел, — резко ответил ей парень, явно давая понять, что диалог продолжать не собирается.

Урок подошел к концу, я собирала вещи, попутно обдумывая, стоит ли тревожить Алису на большой перемене или дат ей время пообщаться с Ильей. Мимо меня проскочил Марат, наступив при это на ногу и скинув тетрадки с паты.

— Эй. Осторожнее, — возмутилась я

— Отстань! — крикнул он и скрылся в коридоре.

Совсем уже с катушек слетел.

— Куда это он убежал? — нахмурилась Ева.

— Походу за литераторшей, — предположила Лиза. — Слышала, он собирался вступить в клуб этих, как его, поэтов.

— С чего бы?

— Да кто ж его разберет, пожала плечами она. — Может влюбился.

— В кого? — свирепо произнесла Ева.

— Откуда я знаю, просто так предположила, — несколько испуганно отозвалась Лиза.

Ева состроила недовольное выражение лица и направилась к выходу из класса, при этом пройдясь по моим разбросанным тетрадям.

— Смотри куда идешь, — буркнула я.

— А то что? — ехидно спросила она. — И вообще, это не я разбросала тут все. Сама виновата.

Она ведь сама видела, что это Марат виноват. Ну почему некоторые люди так любят плеваться ядом?

Ева посмотрела на пол, и усмехнулась:

— Так, что тут у нас?

Одним движением она подняла с пола двусторонний листок, большими буквами на котором было написано «СТИХИ». Нет, только не это! Совсем забыла, что оставила в тетради свои записки.

В класс вернулся Аверин, увидев нас, он удивлено произнес:

— Я думал все уже ушли.

Подойдя к своей парте, он забрал со стула пиджак.

— Да нет, Дима, — расплылась в улыбке Ева, — мы тут так интересно общаемся.

— Неожиданно, — пробормотал парень.

— Да, представляешь, Сима все-таки решила стать поэтессой, — она повертела перед собой листком.

— Отдай! — крикнула я.

— Караулова, чего ты скрываешь все от общественности? Народу нужно знать кто находится с ним двадцать четыре на семь. Так, что тут у нас? «Она идеальная, нравится тебе во всем. Как улыбается» Караулова, это ты о ком? А? Кто там кому нравится?

— Отдай, говорю, — я подскочила к однокласснице и попыталась вырвать из ее рук стихи.

— Нет, нет, нет, — она подняла листок высоко над своей головой, — Лиза. Помоги!

Послушная подружка тут же встала перед нами, усмехнулась:

— Ну же, Караулова, дай нам дочитать, разве писатели не мечтают о читателях?

— О таких как вы точно нет! — прорычала я.