Книга Принц ночной крови, страница 94 – Молли Чан

Но приходится.

Сиван ничего не ответил, и я молча окунула в суп серебряную иглу, проверяя его на яд. Серебро не потемнело, а значит, еда была безопасной. Я отложила иглу и повернулась, чтобы уйти.

— Не надо, – прошептал Сиван. – Фэй, не уходи.

Я осталась. Села на стул рядом с ним и вложила миску супа ему в руки. Ладони Сивана были уже не мягкие и нежные, подобно шелку, а грубые и мозолистые. Вблизи я заметила, что на его ресницах еще блестят слезы.

Сердце сжалось у меня в груди. Хотела бы я как-то ему помочь. Подчинить себе Судьбу и заставить показать мне видение, которое позволит Сивану победить в войне. Признаться, я уже пыталась, и не раз; каждой ночью молилась о том, чтобы мне открылся секрет небес, залог победы; и каждую ночь встречалась все с теми же кошмарами, пропитанными кровью, наполненными смертью.

Я не стратег, не ученый. И могу предложить Сивану только поддержку, только внимание.

女子无才便是德. Отсутствие таланта у женщины – добродетель, часто повторяли ученые, что должны были меня обучать; повторял это и мой отец, который должен был любить меня и верить в мои способности; а больше всех эту фразу любил император, видевший в моей тяге к знаниям угрозу для своего сына. Мне разрешили учиться вместе с другими детьми аристократов только после того, как я долго и усердно о том умоляла.

И все равно: девочек обучали не всему, чему обучали мальчиков.

Нас не пускали на уроки стратегии и военного искусства. Я сама находила нужные книги в библиотеке и впитывала с их страниц все знания, что только могла; но читать – это не то же самое, что слушать лекции величайших умов нашего времени, а эта честь была предоставлена только Сивану.

Наверное, следовало проявить еще больше упрямства и заставить Сивана пересказывать мне эти лекции вопреки любым запретам.

Я осознавала свое влияние и понимала, что мне удалось бы его убедить. Возможно, в ином временном витке так и произошло, и там иная я поддерживает Сивана мудрыми советами, а не сочувствующим молчанием.

Хотелось бы мне быть способной на большее. И чтобы мир вокруг верил в то, что я способна на большее.

Но это не так. Поэтому я взяла его за руку и ласково ее сжала.

— О чем сегодня спорили? – шутливо спросила я, но он не улыбнулся. Тогда я добавила: – Говорят, вы готовитесь к завтрашней битве.

Сиван откинулся на спинку сиденья и опустил веки.

— Если не победим завтра, если серебро не остановит чудовищ Лан, вполне вероятно, что наша империя рухнет.

Страшно было представить мрачное будущее континента под властью вампиров Лан.

Мой взгляд упал на карту, развернутую на столе посреди комнаты. На ней стояли ряды врагов, между нами и городом Чанчунь, в котором томились отец Цайкуня и тысячи обычных людей.

— Молись богам, чтобы все прошло хорошо, – прошептал Сиван.

— Какой у нас план?

Он затих на секунду, но потом все же ответил:

— Армия Лан состоит из людей и вампиров; первые ведут дозор днем, вторые – ночью. Мы нападем в тот момент, когда вампиры покидают свой пост, перед наступлением рассвета. Тогда, если наш план провалится, нас спасет солнце. Против людей у нас больше шансов. Если серебро себя оправдает, мы вооружим больше солдат посеребренным оружием.

Я понимала, что на самом деле план куда более замысловатый, но не стала выуживать из него военные тайны.