Книга (не) Возможный союз бывших, страница 81 – Дарья Редьяр

— Сегодня ты не в форме. — Он останавливается и смотрит мне прямо в глаза. В его взгляде — жесткая, неумолимая правда. — Если продолжишь такую неразумную игру, то уже к утру тебе придется продавать свое тело, чтобы вернуть хотя бы те деньги, что сейчас имеешь.

Я вздрагиваю, словно от пощечины. Продавать тело. Та же угроза, что звучала из уст похитителей. Теперь она звучит от человека, который пытается меня спасти.

— Если ты поставила все на этот план, — продолжает он уже мягче, — то сейчас вернись домой, прими холодный душ, проревись. А завтра, с холодной головой, задашь им всем жару.

Меня раздирают противоречия. Страх потерять этот вечер, потерять возможность выиграть, потерять надежду — он рвет мою душу на клочья. Но мозг, измученный, обессиленный, упрямо твердит: Кронкайд прав. Он всегда прав, как бы больно это ни было.

— Хорошо, — выдыхаю я, чувствуя, как вместе с этим словом из меня вытекают остатки сил.

Прощаюсь с партнером по игре, подбираю подол платья и иду к выходу, заставляя себя держаться прямо. Спина словно стальной прут, плечи расправлены, голова поднята — я не покажу им, что сломана. Ни за что не покажу.

У самого выхода меня останавливает шум. Молодая несса, совсем еще девчонка, пытается прорваться мимо охраны. Ее лицо раскраснелось, глаза горят от отчаяния и злости.

— Я посмотрю лишь одним глазочком! — кричит она, наталкиваясь на непреклонную грудь стражника.

— Вход только для мужчин, — голос охранника звучит как приговор.

— Десять? — в голосе девчонки проскальзывают истеричные нотки. — Нет, может, пятнадцать тысяч рал? Я заплачу вам! В обмен на пропуск! — Она почти рыдает. — Я должна знать, там ли мой жених! Должна!

Огромные драконы-охранники стоят, словно изваяния, безучастные и к мольбам, и к деньгам. А я смотрю на эту девочку и вижу себя. Такую же отчаянную, такую же готовую на все, лишь бы узнать правду. Лишь бы найти того, кого любишь.

И вдруг меня озаряет.

Мысль бьет в голову, как луч света в кромешной тьме. Как надежда.

Я разворачиваюсь и почти бегом возвращаюсь в игровой зал, взволнованная, задыхающаяся, живая. Гросс стоит у стола с Лузи, его правой рукой, и о чём-то говорит.

— У меня есть идея! — выпаливаю я, подбегая. — Как заработать нам двоим! — Голос звенит, и я чувствую, как по телу разливается жар. Впервые за этот бесконечный, черный день я снова что-то чувствую, кроме отчаяния.

Дорогие мои читатели, простите, что пропала! Болезнь немножко нарушила все планы, но я вернулась и снова с вами 🤍

Так что продолжаем читать историю Эстерлины — и держим за неё кулачки! Она сейчас в такой переделке, что без нашей поддержки никак. Спасибо, что ждали и остаётесь со мной

Проснувшись утром, впервые за долгое время я встречаю новый день с удовольствием. Солнце пробивается сквозь шторы, заливая спальню мягким светом, и на душе — легко. Непривычно, почти пугающе легко. Хочется прокатиться верхом, вдыхая полной грудью прохладный утренний воздух. Повинуясь порыву, надеваю костюм для верховой езды и спускаюсь вниз, чтобы выпить бодрящего кофе перед прогулкой.

— Принесите мне кофе, булку саккери и газету, — отдаю указание служанке, располагаясь за столом с видом на сад.

Усаживаюсь поудобнее, смотрю на зелень за окном. Как давно я не позволял себе просто наслаждаться утром? Не думать о делах, не просчитывать ходы, не носить в себе этот вечный груз ответственности. Сегодня я чувствую себя почти свободным.