Книга Пленница ледяного замка, страница 2 – Veronika Moon

Аделаида почувствовала, как ноги становятся ватными, а сердце совершает болезненный кульбит в груди. Этот взгляд был физическим прикосновением, обжигающе-холодным и оценивающим. Он скользнул по ее лицу, шее, и на мгновение задержался там, где под тканью платья бешено стучало ее предательское сердце. Ей показалось, что он видит его прямо сквозь шелк и кружева, словно редкий, интересный ему экспонат. Он двинулся к ней через зал. Толпа безмолвно расступалась, как море перед гибельным, но величественным кораблем-призраком. Вот он уже в двух шагах. Аромат, исходящий от него, ударил ей в нос - холодный воздух высокогорья, горькая полынь и пыль со страниц древних фолиантов.

— Леди Аделаида, -— его голос был низким, бархатным, без единой ноты приветствия или тепла. Просто констатация. Он взял ее руку в свою. Его пальцы были обжигающе холодными, как снег в лунную ночь. Прикосновение заставило ее вздрогнуть, а сердце - на мгновение замерзнуть в ледяной ловушке.

— Милорд, — выдавила она, сделав безупречный, вымученный реверанс, надеясь, что он не почувствует дикую дрожь, пробежавшую по ее руке.

— Мне сказали, вы отлично танцуете, — произнес он, и в уголках его безупречных губ заплясала язвительная, колкая искорка. — Особенно вальс. Любопытный танец. Пара кружится в таком тесном объятии… что можно не только услышать биение сердца друг друга, но и почувствовать, как трепещет душа. Не правда ли? — Это была не просьба, а констатация факта. Приказ, замаскированный под светскую беседу.

Он повел ее на паркет. Его рука на ее талии была твердой и неумолимой, как сталь, не оставляя возможности для отступления. Музыка зазвучала вновь, и они закружились в водовороте огней и взглядов. Он вел ее безупречно, с почти сверхъестественной грацией. Каждое движение было выверено, каждый шаг предопределен. Она была всего лишь куклой в его сильных руках, легкой и послушной. Аделаида старалась не смотреть ему в глаза, опустив длинные ресницы, чувствуя, как жар стыда и страха разливается по ее щекам. Она видела завистливые лица дам, любопытные взгляды мужчин, и все они казались ей размытым пятном. Вся ее вселенная сузилась до этого человека, до его холодных рук и пронзительного взгляда.

— Вы боитесь меня, — констатировал он, не задавая вопроса. Его голос был ровным, без укора или удовольствия.

— Весть о замужестве… может взволновать кого угодно, — подбирая каждое слово, стараясь говорить ровно, ответила она, глядя на матовую серебряную пряжку его камзола.

Он мягко, но неумолимо, почти незаметно для окружающих, направил ее в сторону открытой террасы, подальше от самых любопытных ушей и цепких взглядов.

— Не лгите, — его шепот был похож на тихое шипение змеи, вкрадчивое и опасное. — Я чувствую страх лучше, чем любой другой запах. Он кислый и резкий, как испорченное вино. Но помимо страха… я чувствую и кое-что еще. Любопытство. О, это очень, очень опасная штука, леди Аделаида.

Он наклонился чуть ближе, его губы почти коснулись ее уха. От этого жеста по ее спине побежали мурашки - наполовину от чистого, животного ужаса, наполовину от странного, запретного и пьянящего возбуждения. Так близко он пах еще сильнее - холодом, магией и одиночеством.

— Все они шепчутся о моей… коллекции, не так ли? — продолжил он, его голос стал тише, интимнее. — Говорят, я забираю сердца.