Книга Тени Нового Орлеана. Сердце болот, страница 48 – Лера Виннер

— Иди к своим, выручай их. Обо мне не беспокойся. И ни при каких обстоятельствах не пытайся искать. Даже если… Особенно если услышишь, что я кричу и зову тебя. Ты понял?

Она все же обернулась, встретила взгляд Роланда, — напуганный, но уже осмысленный, человеческий, — и нахмурилась, ожидая ответа.

Секунда, две, три.

Смотрящий сомневался. Не мог ни решиться, ни тратить драгоценное время на вопросы.

Герда знала, что и он чувствует тоже. Знает, в какой опасности оказались его подданные. Он обещал им защиту. Обещал оправдать их и выручить, а не спалить заживо без возможности спастись.

Герда отвернулась от него, снова вставая лицом к дорогам, и подняла руки.

Боль в запястьях стала такой сильной, что, казалось, грозила раздробить кости, но спустя секунду угасла, превратилась в ощущение безопасного и уютного пламени, распространяющегося по ним.

Ей нужны были две прямые дороги: одна, которой мог бы безбоязненно воспользоваться Роланд, другая — для себя.

Тело стало невесомым и легким, словно она поднималась над землей и одновременно с тем стояла на ней необычайно твердо, врастая в почву ногами, становясь ее частью и продолжением.

Болото пульсировало внутри, — огромное, сильное, не способное сопротивляться.

С чувством глубокого внутреннего удовлетворения, как будто наконец сделала то, о чем давно мечтала, но все никак не решалась, Герда наблюдала за тем, как печати на тыльных сторонах ее ладоней проступают из-под кожи и зеленеют.

Концентрированная сила. Лучшее и самое мощное из всего, на что она сама осмеливалась когда-либо.

Болото задрожало.

Ее взор провалился вглубь, туда, куда не было хода даже Смотрящему.

Герда видела искаженное чудовищным бешенством лицо Королевы Мэй, ее горящие желтым светом пустые прозрачные глаза.

Видела лица спящих в немыслимой глубине этих вод покойников. Уродливые облики полуразложившихся очаровательных дев. Хаотично мечущиеся огни. Ревущих аллигаторов и хлопающих крыльями птиц.

В недрах болот билось огромное черно-бурое сердце Нового Орлеана. Оно заходилось и сбивалось, заставляло все вокруг содрогаться, словно хотело вырваться на свободу.

Множество путей перед ней дрожали тоже, превращаясь в широкую и ровную дорогу. Пространство начало раздвигаться, создавая подобие просторного и безопасного коридора.

Одаренная способностью открывать дороги, сейчас она их буквально проламывала, и пьяный дикий восторг грозил захватить ее саму, увлечь, заставить поверить, что так с этого момента будет вечно.

Роланд все еще стоял за спиной, смотрел на нее, не в силах отвести взгляд, и Герда прикрикнула, не поворачивая головы:

— Иди! Я сама выберусь!

Она ожидала, что придется рискнуть концентрацией, потратить силы на объяснения и уговоры, но Роланд и правда понимал слишком много. Коротко кивнув и выразив тем самым свою благодарность, он сорвался с месте, оставив ее наедине с подчинившимися ей путями.

Печати на руках наливались зеленым так, что этот свет начинал окутывать пальцы. Татуировка с ключом провалилась под кожу, вплавившись в кость, даря возможность управлять дорогами и самыми маленькими лазейками в пространстве по своему усмотрению.

Она глубоко вдохнула, позволяя смрадному, пропитанному смертью и страхом воздуху заполнить легкие, сливаясь с болотами, становясь их частью.