Книга Единственная повелителя орков, страница 93 – Елена Сергеева, Таша Тонева

Мне нравилось, что мои труды помогают лечить и создавать лекарства, подходящие для всех рас без исключения. Это и стало моей целью в итоге.

Тааган, у которого тоже было немало работы в качестве правителя, наблюдая за мной, часто просто подходил, клал руку на плечо и хмурился:

— Ты снова забыла поесть, Меора. Или поспать. Я не для того тебя вернул, чтобы ты сгорела от усталости, любовь моя.

В его голосе не было приказа, только глубокая, тихая забота. Тогда я, улыбаясь, откладывала ступку, чтобы ненадолго прижаться к нему.

Однажды мы вернулись к тому холму, откуда открывался вид на черный лес. Теперь его было не узнать. Мы смотрели не на пепелище, а на ожившую степь. Лес оживал на наших глазах. Тонкие ростки тысячи новых деревьев тянули вверх свои ветви. Золотой лес возрождался. Духи вернулись в него, как и звери с птицами и насекомыми.

Я со слезами наблюдала дальние огни новых поселений эльфов.

Все же мир намного лучше мести и крови.

Той же ночью я сидела, прижавшись спиной к груди Таагана, чувствуя его ровное спокойное дыхание.

— Я больше не Риянэль, — тихо сказала я, глядя на звезды. — И я даже не та Меора, которую ты нашел в хижине знахарки. Я... просто я. Твоя.

Тааган крепче обнял меня, и его горячие губы нежно коснулись моего виска.

— Все правильно, любимая. Ты — мое настоящее. И мое будущее. Все остальное осталось там, в песне Ликаха. Пусть поют. А у нас с тобой своя жизнь. Новая и только наша…

Он осторожно опустил руку на мой еще плоский живот. Совсем недавно я узнала, что в нем зародилась новая жизнь. Наш желанный и долгожданный малыш. Я еще не знала сын это будет или дочь, одно с уверенностью могла предсказать — это дитя самой невероятной сильной любви какая только была на свете.

Я верила, что и его ждет только любовь с самого рождения. Ведь мы были вместе.

10 лет спустя.

Тихий, теплый степной ветер развевал мои волосы. Густой сладкий воздух пах нагретой за день землей и полынью. Я стояла на окраине стойбища и наблюдала как резвятся мои дети в компании своих сверстников и не могла наглядеться.

За эти годы я так и не устала от своей роли матери. Упивалась ею не меньше, чем целительским делом.

Именно в материнстве, как мне кажется, раскрылись новые грани моего характера.

Сынишка Угнар, наш маленький метеор, с темными вихрями волос, доставшимися ему от отца, с визгом носится по высокой траве от погони в виде двух таких же орчат.

А моя старшая, моя разумница, спокойная и рассудительная Неима. В ее осанке, в серьезном взгляде карих глаз уже проглядывает маленькая женщина. Она моя гордость.

С каким восторгом она учится различать травы. Хочет лечить, как я. И я верю, что она добьется своей цели. Такой упорной и усидчивой малышки я еще не видела.

Сейчас она с терпением, не свойственным ее девяти годам, пытается сортировать цветы, которые нарвала тут же в степи. Не для венка, а чтобы составить простой лекарственный сбор, который я ей показывала.

Сердце мое сжимается от любви, такой острой и безграничной, что кажется, вот-вот выплеснется через край.

Когда-то мое сердце было полно страха неизвестности и жутких тайн прошлого. Теперь же оно больше похоже на эту степную долину — полную жизни, света и покоя.

И вдруг этот покой нарушила знакомая тень. Сильные руки обняли меня сзади, и я почувствовала тепло его щеки на своем виске, запах ветра, кожи и просто… его.