Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 66 – Мария Минц, Злата Уютная

Он указал пальцем на одну из схем, где были изображены человеческие силуэты с какими-то темными пятнами.

— Все начиналось с лихорадки и слабости, — продолжал он. — А потом… потом в паху, подмышками, на шее появлялись опухоли. Они быстро росли, чернели, а затем вскрывались. Большинство людей умирало в страшных мучениях в течение нескольких дней. Лекари могли ничего сделать. Самые сильные лекарства, самые опытные целители — все было бесполезно.

Я слушала его, и у меня внутри все холодело.

Черные, опухшие узлы в паху и подмышками…

Лихорадка, бред… темные пятна по всему телу…

Да это же… это же практически классическое описание бубонной чумы!

Господи, только ее мне здесь не хватало!

— Но это было не самое страшное, — голос Моргана стал еще тише. — У некоторых болезнь протекала иначе. У них не было опухолей, но они начинали кашлять… кровью. И умирали за сутки. И каждый, кто был рядом с ними, кто дышал с ними одним воздухом, заболевал и тоже умирал.

Ясно, легочная форма. Самая заразная и смертоносная.

— Причем, бессильной оказалась даже магия. — продолжил Морган. — Как вы знаете, в нашем королевстве магия запрещена, но в соседнем лучшие маги пытались бороться с чумой и даже они пасовали перед ней. Маги тратили колоссальное количество сил, чтобы вылечить одного-единственного больного, в то время как заражалось несколько десятков, даже сотен. Лечебницы и те были эффективней, по сравнению с ними.

Чем дольше говорил Морган, тем больше я чувствовала, как паника ледяными пальцами сжимает мое сердце.

Сбывались мои самые худшие предположения.

Этот не самый продвинутый в медицинском плане мир стоял на пороге чудовищной эпидемии. Заразы, которая в моем мире выкосила примерно треть Европы.

И, кажется, только я оказалась единственной, кто хотя бы примерно понимал весь масштаб надвигающейся катастрофы.

И это было страшно.

По-настоящему страшно.

Морган тяжело вздохнул, и этот вздох, казалось, был наполнен горечью целого поколения.

Он провел рукой по старинному пергаменту, на котором были нарисованы какие-то непонятные формулы.

— Но через некоторое время после начала эпидемии, — продолжил он глухо, — один из лекарей, старый и очень талантливый целитель по имени Эйнар, смог приготовить лекарство. Судя по его записям, оно было невероятно эффективным. Он успел опробовать его на нескольких больных, и они довольно быстро пошли на поправку. Но тут… обстоятельства сыграли с нами жестокую шутку.

Он сделал паузу, и я, затаив дыхание, ждала продолжения.

— К тому времени, как Эйнар усовершенствовал свой рецепт и был готов начать более масштабное производство, лечить было уже некого, — с горечью произнес Морган. — Чума выжгла сама себя. Она уничтожила десятую часть населения королевства, и оставшиеся в живых либо выработали сопротивляемость, либо были истреблены. Эпидемия просто… иссякла. А потому на сто процентов подтвердить эффективность лекарства Эйнара так и не смогли — не хватило пациентов.

Я слушала его, и у меня рождалось ощущение, что сейчас Морган перейдет к самому неприятному факту. К сути нашей проблемы. И мое чутье меня не подвело.

— Архилекарь Фэйтан, который тогда стоял во главе всех лекарей королевства, был человеком практичным, но до ужаса недальновидным. — Морган с досадой стукнул кулаком по столу, отчего подпрыгнули уцелевшие склянки. — Запуск такого сложного препарата в массовое производство требовал огромных средств и времени. А королевство и так лежало в руинах. В итоге, Фэйтан решил, что сейчас людям нужно другое. Не лекарство от болезни, которой больше нет, а… — он криво усмехнулся, — …дешевые восстанавливающие настойки, мази от ран, общеукрепляющие снадобья и успокоительные микстуры. Он посчитал, что чума — это разовое бедствие, которое больше не повторится. И приказал сдать рецепт Эйнара в архив, а все исследования свернуть. В итоге, лабораторию Эйнара расформировали, а сам он вскоре умер от какой-то простуды.