Книга Старый рудник для брошенной жены, страница 37 – Алена Ягинская

Ну блин, как-то так… Литературно-то и не сразу слова подберешь.

* * *

Ситуация на моих землях, скажем так, не порадовала. Хотя что в этом странном и жестоком мире вообще может радовать? Наверное, чтобы понять и принять его, тут надо или родиться, или хотя бы пожить подольше.

Но эта территория действительно оказалась родовой вотчиной Саши. Ее родители когда-то были магами земли, и семья занималась разработкой месторождений и добычей полезных ископаемых — руд, самоцветов, редкоземельных металлов и прочего. Но после того как объявился колдун-некромант и началась война, маги земли, загоняя обратно тех, кого он поднимал, выгорали первыми. Мама Саши, потеряв магию, не прожила долго, и девочку воспитывал отец, который хоть и потерял магию, но выжил. Вернувшись домой, он занялся хозяйством и дочерью, но как раньше уже не было.

Последующие после победы над колдуном землетрясения и наводнения коснулись и рудников, на которых строилось благосостояние их семьи: некоторые шахты затопило, какие-то засыпало, а штольни просто исчезли, будто их и не было. Отец Саши пытался начать новые разработки, но без магии это было непросто. А девочка в это время начала проситься замуж. И тогда он в качестве приданого предложил шахты тому, кто, по его мнению, мог вернуть их к жизни.

Милорд Рейвенкрофт действительно нанял магов, они сделали новые проходки, и добычу полезных для страны ресурсов восстановили. Но выработки исчерпали себя буквально за пару лет.

— Отец ваш, госпожа, как милорд нового управляющего назначил, так совсем от дел отошел, в поместье своем закрылся и не выходит оттуда. Работы на выработках почти остановились, народ этим очень недовольный, озорничать начал. Да и здесь повадились всякие чужие люди и нелюди шастать. Ходят, вынюхивают, что надо — непонятно, но боязно же, вот за ножи и взялись, — растолковал мне староста поселка. — Вы уж простите мужичков, госпожа Александра, они как без хозяйской руки остались, так не знают, чем себя занять и как обезопасить.

— Поле пахать не пробовали? — огрызнулась я. — И занятие, и доход.

— Так предгорье же, госпожа! Земля тут бедная и давно уж не родит. На собственный прокорм с трудом хватает, — качал головой старик.

— Это не повод заниматься грабежом, убийствами и издевательствами над детьми и женщинами, — я все равно была зла. — Бугая Бочку этого в острог, потом решу, что с ним делать, когда разберусь, что у меня на рудниках происходит. А коли у вас тут овощи не растут, так найдите, что расти будет. По склонам вон трава везде зеленая, сочная, коз или овец заведите. Или карпов в пруду. Короче, чтоб придумали мне за неделю, каким промыслом заниматься будете. Если уж совсем мозгов и мастерства ни на что нет, так в охрану наймитесь или вон в соседнее княжество, там горячие головы любят. Но разбоя на своих землях я не потерплю!

— Госпожа, да какие карпы? У нас же тут мага воды отродясь не было! И козы тоже — с животными только эльфы договариваться умеют! Мы тогда уж лучше в наемники подадимся, — возмутились мужики-разбойники, что присутствовали при нашей беседе.

Я оторопела.

— В смысле, с козами договариваться вам эльф нужен? Выпустили, и пусть пасутся себе. Чтоб не разбрелись, бубенчик на шею и пастуха приставить. Что за глупости — во всем на магию полагаться? Сами знаете, что с ней тяжко стало, — разозлилась я еще сильнее. — Вы так скоро в туалете подтираться сами разучитесь без специально приставленного для этого человека. Еще раз повторю, не можете работать головой, руки-ноги вам в помощь. Через неделю не придумаете, как жить честно, всем по кайлу выдам, и начнете мне в горе тоннель рыть!