Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 292 – Юлия Фирсанова

— Значит, ты вовсе не профессиональная шлюха, а лишь любительница? – съязвил Вальдорн, раздувая ноздри.

Против воли разговор с Элией уже стал для наместника поединком, восхитительный приз за победу в котором маячил прямо перед глазами.

— А что, в вашей провинции так принято именовать любую женщину, благосклонно принимающую знаки внимания от пришедшегося ей по вкусу мужчины? Или все дело в том, что внимание оказано не вам? – не осталась в долгу Элия, насмешливо выгнув бровь.

— В нашей провинции не принято дерзить наместнику! – прошипел Вальдорн, сжимая руки в кулаки, но вовсе не потому, что ему хотелось отвесить нахалке затрещину, гораздо больше его светлость жаждал сцапать насмешницу в объятия.

— И, пользуясь этим, наместник волен оскорбить любого? – гордо вскинула голову Элия.

— Наместник волен любого… казнить, – зловеще проронил мужчина в качестве предостережения и, перейдя на снисходительный тон (а господин искусств еще раз подивился тому, что Вальдорн до сих пор не убил Элию), продолжил: – Если у тебя хоть на четверть столько таланта, сколько наглости и дерзости, то ты, пожалуй, действительно выдающаяся сказительница. И вероятно, очень живучая, если до сих пор никто не отрезал твой нахальный язычок! Тебе стоит следить за тем, что говоришь, коль не стремишься к неприятностям из-за хамства.

— Что-то я не заметила, чтобы кроме вас здесь кто-то хамил, милорд. Именно вы две реплики назад опустились до оскорбления женщины, – в тон ему, с тем же самым снисхождением, ответила принцесса.

— Я не привык выслушивать дерзости от бродяг! – шагнув вперед, рявкнул наместник, все-таки окончательно выйдя из себя, чего, собственно, и добивалась богиня.

Элия действительно играла с огнем, балансируя на самом краю между яростью и возбуждением мужчины.

— Увы, придется, если только вы не собираетесь в ближайшее время резко изменить стиль поведения или оглохнуть. Хотя, я слыхала, помогает расплавленный воск. Правда, увы, сие средство обладает лишь временным эффектом, – ехидно отрезала Элия.

— Куда проще будет укоротить твой язычок! Нож даст эффект постоянный, – снова пригрозил Вальдорн, все более распаляясь.

— А кто же тогда, если не мы, будет рассказывать вам замечательные истории, ради которых, как мы слышали, ваша надменная светлость велели перевернуть весь город? – затрепетав ресницами, несказанно удивилась девушка.

— В мирах полно более вежливых сказителей! – процедил наместник.

— Но вы ведь, однажды услышав, искали именно нас! – с апломбом заявила Элия, намекая на их вчерашнюю встречу.

— Вы свободны, Жером, подите прочь, – бросил Вальдорн, чуть поостыв и гадая, как девица умудрилась его узнать и не выдал ли он себя в их яростной, чрезвычайно возбудившей его перепалке.

Как только за господином искусств, бросившим на Элию предостерегающий взгляд, закрылась дверь, наместник, нависая над дерзкой девицей, заметил зловещим полушепотом:

— В плетении иллюзий язык не нужен, голубушка. Поверьте, у меня искусные палачи: хорошенькая мордашка, а тем паче нежные ручки не пострадают.

— Зато в составлении историй без него не обойтись. А мы с братом часто работаем на пару, – пояснила Элия, бесстрашно глядя на противника.

В ее серых глазах плясали смешинки.

— Что ж, укоротим твой язык, нахалка, после выступлений, – «сжалился» наместник.