Книга Дорожные работы по наследству, страница 104 – Юлия Фирсанова

— После такого «немного» мне точно надо будет много набулькать! – хрипло выдавила я, пытаясь найти в пересохшей глотке хоть каплю слюны.

— Сам налью! – клятвенно пообещал ро-гвер.

Какой заботливый мужчина! Не был бы таким квадратным, влюбилась бы! Архет послал неуверенную мысль-вопрос насчет того, в самом ли деле я этого хочу, а то перекинуть нити уз, связующих княгиню-носительницу Архета и ро-гвера Шлайга недолго. Даже удобно будет его чувствовать. Пришлось поспешно отказываться от великой чести. Мне такая квадратура вообще нафиг не сдалась. Эльфы хоть эстетически привлекают, даже хвостатый, хоть и зараза, но зараза симпатичная.

Сигналом к окончанию мучений стал короткий выдох Унгафа:

— Все покуда! Потом с гверами довершим.

Ро-гвер, пошатываясь, тяжело поднялся на ноги и поднял меня за собой легко, как ребенка. Хлопнул себя по боку и, нащупав фляжку, открутил колпачок.

— Обещал, княгиня! Пей, только осторожно, крепкая для девы-то не наших кровей!

В нос шибанул запах меда, трав и спирта. Ну что, когда у меня простуда была, я себе и дома рюмочку наливала чего-то такого, чтоб горло прополоскать. Отец разрешал, а маме мы не говорили. Надо же, в первый раз за эти дни, к слову, вспомнила тех, кто меня вырастил. Без обид, сожалений, тоски, приняла как должное. Эти люди были в моей жизни, заботились, одевали, кормили, за что и получили щедрую плату. Они были людьми, а я человеком, как оказалось, никогда не была, только им притворялась. Может, потому так просто все принимаю теперь? Минувшее, ушедшее, ставшее почти чужим сейчас. Интересно, у братишки так же?

Я осторожно отхлебнула из фляжки и покатала во рту, сглотнула огненный ком. Крепко, даже очень, но сейчас то, что нужно.

— Спасибо!

Отвела фляжку из непонятного материала от губ. Странно-жесткая, но не кожа, сказала бы, что металл, но разве может быть металл гибким, как плотная ткань? Хотя у двэр-фгэ точно может. Они с металлом и камнем все что угодно способны сделать.

А Унгаф с удовольствием присосался сам, булькал долго. Небось, не меньше половины фляги выдул, довольно крякнул и, утерев рот рукавом, спросил:

— Возвращаемся, княгиня?

Я кивнула. Дварф меня приобнял для надежности и топнул ногой. Интересная метода телепортации сработала. Свалились не вниз, в магму, для торения путей собственными телами, а перенеслись туда, куда следовало.

Нас вернуло на тот самый каменный столп в горах, где дули холоднейшие, особо после умопомрачительного жара пещеры, ветра. А еще на каменном пятачке нас встречали обеспокоенный Зар, тени и охотник. Чейр был не просто зол, он был в бешенстве. Темно-вишневые глаза пылали кроваво-алым и чуть ли не метали молнии.

— Моя княгиня не следит за временем?

— Счастливые часов не наблюдают! Может, пока я решала, кем хочу быть: вторым мужем ро-гвера Унгафа или третьей женой, потерялась во времени и пространстве, – гордо провозгласила я очевидную белиберду под утробный хохот дварфа.

Он, едва не катаясь от смеха по камням, выдавил:

— Княгиня, как ты проведала-то, что у меня как раз эти узы в семье свободны?

— Угадала! – с апломбом объявила я, понимая, что совместная работа и контакт с Архетом позволили мне слишком многое узнать об Унгафе в частности и про дварфов в целом.