Книга Точное попадание, страница 130 – Юлия Фирсанова

— Она что, всегда такая?

— А то, — с гордым самодовольством, словно воспитал в своем коллективе, кивнул вор.

— Н-да, с таким подходом к жизни телохранитель вам точно необходим, — фыркнул Кейр.

Лакс лишь осклабился и, соскользнув с крупа коня в траву, весело спросил:

— Эй, Оса, тебе, я смотрю, уже получше?

— Есть такая буква, — призналась я, обнимая коня за шею и почесывая довольно жмурящуюся нахальную морду. — Дэлькор вылечил. Я, конечно, слышала об иппотерапии, но не знала, что она настолько эффективна. Или тут дело в конкретном, особенно талантливом представителе своего вида?

— Значит, не врут легенды о эльфийских лошадях, — почесав горло сквозь глухой ворот рубашки, протянул вор и покосился на Дэлькора, пожалуй, даже с большим уважением, чем смотрел на меня, когда я латала его раны. А с другой стороны, магеве положено волшебство творить, чего удивляться, лошадь же, промышляющая целительством, — уже диковинка и аттракцион.

— Конь-лекарь, — покачал головой Кейр с видом умудренного жизнью старца, скорбно сетующего: «Куда катится этот мир…»

— Палач-охранник, — передразнила я его, скопировав выражение лица.

— Магева-авантюристка, — добавил Лакс, подключаясь к диалогу, и как раз в этот момент мне на ладонь, взявшись из ниоткуда, хлопнулась гигантская, с тарелку, зелено-красно-голубая бабочка. Я не заорала только потому, что поначалу решила, что это шуточки замаскировавшегося Фаля.

Нет, все-таки права моя подруга, искренне верящая в монструозную сущность пестрокрылых насекомых. Эта здоровенная тварюга с выпуклыми глазами, волосатым тельцем и тонкими, цепляющимися за кожу лапками вызвала волну омерзения и у меня. Теперь я поверила в подозрения Галки насчет того, что, несмотря на невинный хоботок и благостную легенду о питании нектаром, кусаются гадины пребольно, только делают это тайком!

Как только сообразила, что бабочка — это не обаяшка-сильф, собралась стряхнуть экзотическое насекомое, но оно, цепко держась за меня лапками, резко распахнуло сложенные крылья, и из ряби цветов, напоминающих не нормальный окрас насекомого, а помехи в телевизоре, начали выплывать строчки текста.

— Магевская почта! — где-то на периферии сознания услышала шепот Лакса и Кейра, оказавшихся более самой магевы осведомленными о творящихся безобразиях.

— Дражайшая коллега! — первые слова я проговорила вслух, а потом строчки замелькали так быстро, что я едва успевала охватывать их глазами. Почему-то создалось впечатление, что приславший мне это «письмо» очень торопился, торопился настолько, что не выбирал фраз, не заботился об изяществе словесных конструкций, поставив во главу угла смысл сообщения и скорость его доставки.

«Прошу великодушно извинить за передачу послания без предварительной договоренности. Вопреки вашему мнению о кружевах на рубашке есть и иные аспекты жизни, волнующие меня чрезвычайно. Я имею в виду вашу безопасность, магева. Во имя солидарности одаренных магическими талантами, должен сообщить вам следующее: нынче утром граф Кольра получил некое сообщение, чрезвычайно напугавшее и одновременно разозлившее его. Для человека, обладающего немалой властью и крайней подозрительностью, сочетание сих чувств особенно опасно. Полагаю, вы знаете, чего именно устрашился правитель Патера и отчего начал искать возможность связаться с Тэдра Номус. Не сочтите за оскорбление мой совет, питаемый наилучшими чувствами и заботой о вашем процветании — покиньте территорию Хавала. Искренне ваш, Лорд».