Книга Связанные кровью, страница 71 – Ребекка Сайдлер

Интересно, как изменится ее аромат, когда она будет возбуждена? Ты профессионал. Веди себя профессионально.

— Как прошел обход? Что-то нашли? Ты была довольно тщательной, раз добралась до моего кабинета, – выдавливаю я.

— Я догадалась по ковру. Ну и Морган предупредил, чтобы я не заходила, – признается она, смущенно краснея, а потом вдруг восклицает: – Твоя рука! – Она подходит и хватает одну из моих грязных футболок, которые лежат на столе.

Ах, она ведь знала, что нужно держаться подальше от этого места. Дерзкая ведьма.

Она задирает платье до колен, чтобы перебросить ноги через подлокотник кресла, а затем с помощью лимонно-зеленой футболки бинтует мою руку. Мне открывается идеальный вид на ее стройные ноги. Разумеется, я не смотрю на ее ноги. Разумеется, я остаюсь профессионалом. Все серьезно.

Я заставляю себя перевести взгляд от ее ног на свою… черт возьми. Я узнаю уже окровавленный символ группы Upside Down Fish.

— Мне нравится эта футболка, – прищуриваюсь я, глядя на нее.

— Переживешь. Учитывая, сколько у тебя этих футболок, я не думаю, что ты будешь скучать по этой.

— Как так, мисс Дюбуа, вы рылись в моем шкафу?

Ее щеки восхитительно наливаются жаром, а сердце начинает стучать быстрее.

— Я должна была убедиться, что там никто не прячется. – Она поджимает губы, в глазах пляшут огоньки. – Я рада сообщить, что в твоих вещах не было ни ведьм, ни вампиров.

— Я ценю твое внимание к деталям. Хочешь узнать секрет? – заговорщицки шепчу я.

— Когда ты так говоришь, конечно, – шепчет она в ответ.

— Кресло, на подлокотнике которого ты так удобно устроилась, было изготовлено вручную в 1864 году. Это одно из пяти кресел, изготовленных известным производителем мебели по заказу принца государства, название которого я уже забыл.

Она взвизгивает, пытаясь сползти с подлокотника. Но ей слишком скользко в ее длинном шелковом платье, и она падает вперед. Благодаря скользкой ткани Фаррен сползает прямо… мне на колени.

Ее сердце бешено колотится, окрашивая щеки в восхитительный розовый оттенок. Она не успевает ухватиться за широкий подлокотник и вместо этого нечаянно вонзает колено в мою возбужденную плоть, когда отталкивается от меня, приземляясь между моих ног – совсем рядом с массивным дубовым столом, едва не задев его. Я вздрагиваю от неожиданности.

Ее глаза становятся больше:

— Я сделала тебе больно?

— Моя рука, – хриплю я. – Кровь все еще идет. Ты должна закончить то, что начала.

Она наклоняется, и мне открывается вид на ее декольте. Я снова заставляю себя отвести взгляд. Я остаюсь серьезным вампиром. Фаррен осторожно снимает повязку, проверяя рану. Она уже зажила. Фаррен поднимает на меня слегка прищуренный от моей лжи взгляд.

— О, гляди, теперь все хорошо, – робко отвечаю я.

Она качает головой:

— Ты неисправимый лжец.

— Почему же, леди Фаррен? Мне верится, что я обещал быть честным с тобой.

— В первый раз получилось плохо. – Она скрещивает на груди руки, ее глаза осуждающе сужаются.

— Сколько раз ты хочешь, чтобы я извинился?

— По крайней мере еще один раз, – поджимает она губы, стараясь не рассмеяться.

— Я был чудовищем. Прости меня.

Она наклоняется ближе к моему лицу, и локон спадает ей на глаза:

— Вы лжете мне, ваша светлость?

От близости ее тела исходит жар.