Книга Следуя за любовью, страница 26 – Ханна Коуэн

Я пытаюсь подавить стыд.

Я: Блин. Прости. Платье было очень красивое. Может, уже поговорим о чем-то другом?

Пока она печатает, на экране переливаются точки, и я медленно выдыхаю, чувствуя, как затекает спина от долгого сидения в одной позе. Поменяв положение, я прислоняюсь к металлическому верстаку и скрещиваю лодыжки.

16045557841: Поговорим о чем? Мы теперь можем попросту разойтись.

Я снимаю шляпу и, пристроив ее на колено, ерошу волосы. Они теплые и влажные от жары и оттого, что весь день пробыли под шляпой. Я перечитываю ее сообщение, и чувство пустоты в груди становится все труднее игнорировать. Это одиночество, чтоб его! Мне одиноко, а переписка с этой незнакомкой – пусть я только и делал, что брякал какие-то глупости, – помогала мне от этого отвлечься. Самому противно, но я не хочу, чтобы наша переписка прекращалась.

Я: Давай поболтаем. Только сегодня.

Я отправляю сообщение, не позволяя себе смущаться из-за этого поступка, демонстрирующего мое отчаяние.

16045557841: Только сегодня.

Моментально наступает облегчение, заполняя пустоту и успокаивая душевные муки.

Я: Скажешь свое имя? Просто чтобы переименовать контакт.

16045557841: Может, лучше никнейм?

Я: Давай.

Пауза, словно она придумывает, как назваться.

16045557841: Как насчет Бананны?

Я: Ладно. Меня можно звать просто Бо.

Не дав себе возможность написать что-то другое, я отправляю сообщение. О происхождении этого прозвища мне сейчас думать не хочется. Не нужно было его выбирать, но маловероятно, что она кому-то расскажет. Она не сможет. Все это только на сегодня.

Я переименовываю контакт и усмехаюсь: какое у нее нелепое прозвище.

Бананна: Привет, Бо! Ты не старый извращенец? Ты так и не сказал.

Я: Разве старый извращенец признался бы?

Бананна: Наверное, нет. Но наверняка и не прислал бы фото своего шикарного тела.

К собственному удивлению, я хохочу. Хриплый смех разносится по мастерской и затихает.

Я: Хочешь сказать, что, чтобы я не был старым извращенцем, у меня должно быть – цитата – шикарное тело?

Бананна: Ну… а у тебя шикарное?

Я: Возможно.

Бананна: Докажи.

Взглянув на свою одежду, я морщусь. Грязные джинсы, еще более грязные сапоги, серый лонгслив с брызгами масла на пузе и с краем, измазанным то ли коровьим навозом, то ли грязью. Я сто лет не заглядывал в спортзал. На гастролях я вовсю вкалывал, и времени на перерывы, чтобы успеть потренироваться, не было, а дома… Мне кажется, дед с бабушкой обиделись бы, реши я, что мне мало тяжелой работы на ферме, и отправься в спортзал.

Я высокий и, хоть и не могу похвастаться кубиками пресса, по-моему, неплохо сложен. Однако женщины мне очень давно такого не говорили. Так давно, что даже не знаю, как бы отреагировал, услышь я это сейчас.

Я: Ты пытаешься флиртовать со мной?

Бананна: Размечтался! Просто пытаюсь себя обезопасить.

Я: Взглянув на кубики пресса?

Бананна: Но есть-то надо^[2].

Я снова слышу собственный смех, и этот звук по-прежнему кажется мне странным. Как же это печально.

Я: Тогда кто я такой, чтобы морить тебя голодом?

Когда она читает сообщение и не отвечает, я понимаю, что она ждет, пока я отправлю фото. Я без понятия, что теперь делать. Еще раз окинув себя взглядом, я мысленно плюю на все и, прикрыв шляпой темное пятно на футболке, открываю камеру на смартфоне. Переключаюсь на фронтальную камеру, вытягиваю руку и стараюсь, чтобы в кадр влезло как можно больше моего туловища и не было видно лица.