Книга Следуя за любовью, страница 50 – Ханна Коуэн

Есть вещи, от которых никуда не деться, – Анна знает, кто я такой. Могу себе представить – трудно быть рядом с тем, вокруг кого столько драмы, и не задаваться вопросами.

Я останавливаюсь на красный, и свет фар отражается от снега, покрывающего перекресток. Анна постукивает пальцами по центральной панели.

— Справедливо. Ну, насколько все плохо? С твоим голосом? Об этом писали так расплывчато, а я не особо задумывалась, пока… ну, пока не встретила тебя здесь.

Я снова чувствую угрызения совести за то, что плохо подумал о ней при первой встрече. Я просто попал пальцем в небо.

— Так плохо, что мне разрешили прервать тур и поехать домой. Могло быть и хуже, а могло – и гораздо лучше.

— Надолго ты вернулся домой?

На душе становится тоскливо. От мысли, что снова нужно будет уезжать…

— Как минимум еще на месяц.

— И ты этим расстроен?

— Нэшвилл совсем не то, что Черри-Пик, – только и говорю я.

— Ты бы остался тут насовсем, если бы мог?

Когда я снова к ней оборачиваюсь, она уже задумчиво смотрит на меня.

— Не знаю. Но я никогда не мечтал о Нэшвилле. – Показывается поворот на Секонд-стрит, и теперь ее черед отвечать на вопросы. – Долго планируешь здесь оставаться?

— Как можно дольше. Мне тут нравится.

— Тогда придется научиться ездить в такую погоду. Ты же понимаешь? – дразню ее я.

Анна искренне, добродушно смеется. Мне нравится ее смех.

— Зачем мне это, если удалось заполучить в водители тебя?

Я смеюсь вместе с ней.

— Убедительный довод!

— Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет, Броуди!

— Пожалуй, нужно как-нибудь отвезти тебя на ранчо. Деду будет полезно послушать твои соображения на этот счет.

Анна хмыкает.

— Дедуля Стил заставлял тебя вкалывать в последнее время?

Дед возмутится, услышь от нее такие слова о себе. Мне смешно, стоит только представить такую сцену.

— В последнее время? Вкалывать – его страсть. Нет ничего лучше, чем отказаться от обходного пути, просто потому что он слишком легкий или не такой, какому его научили когда-то в молодости. Или трудный путь, или никакой.

Жалобы словно сами собой слетают с языка. Не успеваю я устыдиться, как она отвечает, уже обдумав все, в чем я признался.

— Разве это не обычные взгляды для фермера старшего поколения?

Ее дом уже показался, я притормаживаю грузовик и подумываю, не сделать ли круг, просто чтобы поболтать с ней подольше, но не решаюсь высказать эту идею.

— Вовсе нет. Но времена меняются. Он нечасто задумывается о том, что я предлагаю. Мне кажется, это потому, что он не хочет разбираться с последствиями моих предложений, когда мне неизбежно придется снова уехать. Я не могу ему ничего обещать.

— А если бы это не было неизбежно? Что, если бы ты остался?

Я раздумываю, жалея, что не могу ответить иначе. Но то, что я хотел бы сказать, просто невыполнимо. Во всяком случае в ближайшее время.

— Какой толк надеяться на невозможное?

— Броуди, мне жаль! – говорит Анна.

Я равнодушно пожимаю плечами, хотя сердце сжимается все сильнее.

— Спасибо, что выслушала. Прости, что вывалил все это на тебя.

— Сама напросилась. Хоть наши отношения сначала не заладились, мне бы хотелось стать твоим другом. Такие вещи – это то, что знают друг о друге только друзья.

Остановившись перед ее домом, я ставлю грузовик на нейтралку и, развернувшись, чтобы посмотреть ей в лицо, замечаю робкую улыбку и осторожный взгляд. Наверняка она боится, что я ее отвергну, и тут нет ее вины. После моего-то поведения!