Книга Счастливый удар, страница 76 – Ханна Коуэн

Бен запихивает в рот вилку салата с макаронами и говорит:

— Да. Было бы здорово пообщаться с парнем.

— Ты и так почти не бываешь дома, Бенджамин, – вздыхает Лили.

— Я дома по мере возможности. Ава знает, как трудно найти время, а она живет в одной провинции с вами. Мне же надо ехать несколько часов.

— Я знаю. Но мне все еще разрешено скучать по тебе.

Лили начинает теребить салфетку, но мгновение спустя Дерек накрывает ее руку своей и сжимает. Жена с любовью улыбается ему.

— Я тоже скучаю по тебе, – отвечает Бен, и его девушка, Сидни, наклоняется к нему и толкает плечом в знак поддержки.

— Давайте сменим тему. Ава говорит, что ты из Пентиктона. Как тебе Ванкувер? – спрашивает меня Лили.

— Он большой. Больше и оживленнее, чем я привык, и слишком много дождей, но, думаю, мне даже нравится.

Я кладу в рот кусок стейка и стараюсь не закатить глаза от того, насколько он вкусный.

Бен смеется.

— Тебе стоит попробовать как-нибудь пожить за пределами Британской Колумбии. Я учусь в университете в Альберте, и там адски сухо. Иногда я действительно скучаю по дождю.

— Ух ты. Почему Альберта?

— Честно? Выбрал наугад. Знал только, что мне нужно попробовать то, чего не может дать этот город.

— Молодец. Это требует мужества.

Я по-новому взглянул на брата Авы.

— Таков наш Бенни. – Лили гордо улыбается. – Это он любитель хоккея, но и мы иногда смотрим игру-другую. Ты хочешь заниматься хоккеем всю оставшуюся жизнь, Оукли? – спрашивает Лили. Ее искреннее любопытство придает сил.

— Абсолютно. Хоккей – это то, чем я хочу заниматься профессионально как можно дольше, – отвечаю я.

— Так ты планируешь играть в НХЛ? – спрашивает Дерек, его голос звучит жестче, чем я ожидал.

— Да, сэр. Со мной уже связалось довольно много команд. Сколько себя помню, это была моя мечта, – признаюсь я.

Дерек наклоняется ближе к столу, его острый взгляд непоколебим.

Я сопротивляюсь желанию потянуться к тыльной стороне шеи.

— Вы с Авой обсуждали, что будет, кода ты уедешь? Ты достаточно серьезно относишься к моей дочери, чтобы вернуться к ней?

Я поворачиваюсь к покрасневшей Аве, которая стучит вилкой по тарелке и недовольно смотрит через стол. Я кладу руку ей на бедро и поглаживаю большим пальцем, пытаясь успокоить.

— Я здесь, папа. Не надо спрашивать обо мне, как будто меня нет. Я тоже могу ответить на эти вопросы.

— Могу заверить вас, что я очень серьезно отношусь к вашей дочери. Иначе меня бы здесь не было.

Мое обещание адресовано Аве в той же мере, что и ее отцу.

Дерек переводит взгляд на рассерженную дочь.

— Ты готова ко всему этому?

— Чему «всему»? – гневно спрашивает она.

— Ты знаешь чему.

— Почему бы тебе не пояснить? – ощетинивается она. – Потому что я знаю, что ты не собираешься обсуждать то, что я думаю. Оукли не такой.

Я каменею. Черт.

— Хватит, Дерек. Перестань, – мягко говорит Лили.

Однако Дерек не спускает с меня глаз, и моя кожа покрывается нервным потом.

— Все спортсмены такие. Дэвид это доказал, – заявляет Дерек.

Я закрываю глаза и вздыхаю. Да, я это предвидел.

— Ты заслуживаешь лучшего, чем оставаться одной, пока он путешествует по миру и занимается бог знает чем. Я думал, ты уже усвоила этот урок.

Дыхание Авы сбивается, и я вмешиваюсь:

— При всем уважении, вы не понимаете, о чем говорите. Я не такой, как Дэвид, и меня не интересуют другие женщины, кроме Авы. Если бы я не уважал ее и ее планы на будущее, то попросил бы поехать со мной, куда бы ни отправился. Осознание того, что я буду вдали от нее, как только закончится драфт, не дает мне спать по ночам, – говорю я ему, изо всех сил стараясь обуздать свой вспыльчивый характер.