Книга Счастливый удар, страница 85 – Ханна Коуэн

Ава посмеивается и касается своим носом моего.

— Похоже, он сильно любил ее.

Я позволяю себе улыбнуться ее комментарию.

— Даже будучи ребенком, я чувствовал исходящую от них любовь. Однако, только когда он ушел, я понял, как сильно они любили друг друга. Он был всем ее миром, а она – его.

Мои глаза горят, но я сглатываю слезы и говорю снова.

— Маме пришлось нелегко. Тяжело было смотреть, как ей больно. Я просыпался посреди ночи и слышал, как она плачет в их комнате. После первых нескольких ночей я начал вставать, когда слышал ее плач. Я просто обнимал ее, пока она в конце концов не засыпала.

— Что с ним случилось? – чертовски мягко спрашивает Ава.

— Когда мне было тринадцать, его сбил пьяный водитель. Скорая помощь сказала, что он умер на месте. Водителем оказался просто глупый подросток, которому следовало позвонить кому-нибудь, чтобы его забрали домой с вечеринки, а он в итоге проехал на красный.

И только когда Ава проводит большим пальцем под моими глазами, я понимаю, что по моим щекам текут слезы. Я пытаюсь остановить их, но, когда чувствую давление в горле, понимаю, что слишком поздно. Мои плечи опускаются, а Ава запускает пальцы в волосы на моем затылке и притягивает к себе, прижимая мое лицо к своей груди.

Слезы текут быстрее, пока вся боль, которую я подавлял на протяжении многих лет, вырывается из меня.

— Я здесь. Тебе больше не нужно держать это в себе, – шепчет Ава, продолжая успокаивающе проводить пальцами по моим волосам.

Мое тело вздрагивает, пока я тихо всхлипываю, наконец-то поддавшись всем накопившимся эмоциям, которые так долго сдерживал. Некоторое время мы сидим молча, пока у меня вытекают последние слезы и я снова могу нормально дышать.

— Я хочу тебе кое-что показать, – говорю я, отстраняясь от нее и вытирая мокрое лицо.

Одним быстрым движением я закидываю руку назад и стягиваю футболку через голову, бросая ее на кровать рядом с нами.

Приоткрыв губы, Ава смотрит на мой обнаженный торс, в ее глазах вспыхивает желание, прежде чем она моргает.

— Ты раздеваешься.

Уголки моих губ растягивает улыбка.

— Дай мне повернуться.

Она скатывается с моих колен, и я поворачиваюсь к ней спиной, показывая татуировку, глубоко въевшуюся в мою кожу. Она водит пальцами по татуировке, и я вздрагиваю.

— Я сделал ее в память о папе. Теперь ты единственная, кроме мамы и Грей, кому известно ее значение.

Ава втягивает воздух и целует мое правое плечо, а потом левое.

— Я помню, в каком восторге был в тот день, когда мама согласилась подписать разрешение сделать ее. Это был мой шестнадцатый день рождения, и после двух лет ежедневного нытья она наконец сдалась.

Мы с татуировщиком часами перерисовывали эскиз, пока я не решил, что он достаточно хорош. Никогда не забуду мамино лицо, когда я ей показал. Ее глаза наполнились слезами от первого же взгляда на бумагу.

Татуировка – это своего рода картина, воспоминание. Действие происходит в середине зимы, с сугробами пушистого белого снега и высокими голыми деревьями на берегу замерзшего озера. Мальчик в полной хоккейной экипировке поднял хоккейную клюшку, готовый забросить шайбу в ближайшие ворота. На спине его свитера, над номером одиннадцать написано «Хаттон». Счастливое число моего отца, а теперь и мое.

Но самая значимая часть татуировки – это крест, спрятанный между деревьями и за сугробом. Он скрыт, потому что на кресте написана дата смерти моего отца.