Книга Замерзшие сердца, страница 79 – Ханна Коуэн

Он вздрагивает. Я выпрямляюсь.

— Можно я просто…

— Ты говорил, что не сможешь дать мне то, чего заслуживаю. И я уважала твое мнение, даже если из-за него мне было ужасно плохо. Спустя два года все еще ждала тебя и хотела ждать. И я не обижаюсь на то, что ты воспринимал меня не иначе как младшую сестру Оукли, когда трахался с другими девушками. Мне обидно за то, что ты мог переспать с кем угодно, но решил трахать мою лучшую подругу, прекрасно зная, как я к тебе отношусь. Ты не уважал меня так же, как я уважала тебя, Тайлер. И это чертовски больно.

Выдыхаю, опускаю плечи. Голова наклоняется – вижу свои пальцы. Тайлер сглатывает. Так громко, что я отчетливо это слышно. Но смотреть на него отказываюсь.

Опускаю голову, сжимаю одеяло до побелевших костяшек и как можно быстрее ухожу в ванную, отчаянно пытаясь выбраться из ситуации, в которую я буквально вошла.

Грейси

Сердце ноет от боли, пока вожусь с холодной дверной ручкой. Сдерживать чувства я никогда не умела, особенно в гневе. Но сейчас ситуация куда более дикая: мне никогда не доводилось испытывать настолько сильное разочарование от предательства близкого мне человека. Никогда не думала, что столкнусь с изменой парня с моей лучшей подругой. Нет, я, конечно, понимаю, что в то время мы с Тайлером еще не встречались, однако сейчас подробности не имеют значения. Независимо от того, нравилась я ему или нет, были мы вместе или нет, Джессика прекрасно знала, что он мне дорог – очень сильно дорог.

Джессика всегда притягивала парней. То ли из-за идеального тела, которое она часами доводила до совершенства в тренажерном зале, то ли из-за возмутительно веселой натуры, но она всегда находилась в центре внимания. Независимо от того, что привлекло Тайлера в ее хищные когти, она нарушила главное правило: никогда не влюбляться в парня лучшей подруги. И что еще важнее – не заниматься с ним сексом. Для большинства девушек, в том числе и для меня, это нетрудно. Но почему-то именно самые простые правила оказываются нарушенными, разломанными пополам, как хрупкий кусок бересты, когда меньше всего этого ожидаешь.

Я уже несколько часов ломаю голову, придумывая хоть какое-то разумное объяснение этому происшествию, но кроме полного и абсолютного эгоизма ничего не нахожу. Вся эта история никак не укладывается у меня в голове, и как бы мне ни хотелось верить, что причиной тому послужила глупая ошибка, знаю, что на самом деле все было не так. И я должна это принять. Джессика всегда была такой; это я оказалась слишком слепа, чтобы это заметить.

Глаза уже покраснели от количества слез, выплаканных за два дня, а в груди вместо сердца образовывалась дыра. Возвращаясь от Тайлера, я обдумываю единственное верное решение, пришедшее мне на ум, – каким бы неприятным оно ни казалось. Да и разве можно найти хоть какой-то приятный выход, когда речь идет о душераздирающем предательстве?

Сделав глубокий вдох, открываю дверь. До моего слуха сразу доносится звук телевизора. Стиснув зубы, тихонько выскальзываю из обуви и прохожу в гостиную, где вижу змею, замаскированную под бывшую лучшую подругу, которая отдыхает на моем дорогом диване из искусственной кожи. Я покашливаю, когда она продолжает тыкать пальцам в телефон, не обращая внимания на громкий звук телевизора, от которого даже у меня заболела голова.