Книга Неожиданный удар, страница 102 – Ханна Коуэн

Я пожимаю плечами:

— Пустяки. Я тоже плохо переношу толпу. На самом деле, людей вообще.

— Кажется, ты неплохо справляешься. Подошла ко мне и практически спасла, а ведь едва меня знаешь.

— Ты мама Купера. Это все, что мне нужно знать.

— Как мило. Не понимаю, почему они зовут тебя Суровая Специя.

Я не могу сдержать фырканья.

— Не позволяй этому Прекрасному Принцу одурачить тебя. Скорее всего, это больше не повторится.

— Значит, мне повезло стать свидетельницей столь редкого явления, – шутит она.

— Ты забавная. Вижу, Купер унаследовал это от обоих родителей.

Должно быть, моя прямота ее удивляет, потому что на мгновение между нами воцаряется неловкое молчание. Бет обводит взглядом пустое поле позади нас и выпаливает:

— Адам тебе рассказал? Про меня?

— Большую часть. Он сказал, что некоторые вещи можешь рассказать только ты.

— Он хороший человек. И отличный отец, – говорит она.

— Да.

— Я была несправедлива к нему, когда сказала о Купере, – начинает она, опустив взгляд на свои туфли. – Он, вероятно, не рассказывал тебе или вообще не хотел, чтобы ты знала, но я сказала ему, что это он во всем виноват. Я так орала на него в том переулке и произносила такие ужасные вещи, которые были неправдой, но вылетали до того, как я успевала их остановить. Я всучила ему Купера, как будто он коробка с испорченным товаром, а не маленький мальчик, и никогда не прощу себя за это. Хотя Адам простил. Он простил меня, предлагал деньги и пустил в жизнь нашего сына даже после того, как я отказалась от всех своих прав и сказала, что Адам – его лучший шанс на хорошую жизнь. Просто Адам такой, и я хочу, чтобы ты знала: я очень счастлива, что он встретил тебя. Я понимаю, что тебе не нужны мои поддержка или принятие, но они все равно есть. Адам и Купер – оба заслуживают, чтобы ты была в их жизни. Я очень-очень счастлива знать, что ты будешь рядом с ними.

Когда Бет смотрит на меня в следующий раз, она улыбается. В этой улыбке тысяча эмоций, но я различаю только одну. Счастье.

— Я не знаю, что сказать… – бормочу я, растеряв все слова.

Я определенно не ожидала от Бет таких признаний. Не знаю, плакать мне или смеяться, хотя больше склоняюсь к улыбке, но из-за нервозности мозг замыкает, и у меня получается неловкий, короткий смешок.

К моему удивлению, Бет тоже начинает смеяться.

— Это нормально. Я думаю, мы неплохо поладим, а ты?

Я киваю.

— Да, я тоже.

После этого нам становится комфортно и спокойно друг с другом, и мы идем к Аве, которая ждет нас, уплетая сосиску на палочке.

Адам

Купер никогда особо не интересовался спортом. Он всегда предпочитал любой физической активности музыку и искусство, и в отличие от моих родителей я никогда не упрекал сына за его понимание того, что делает его счастливым, а что нет.

Однако раз в году, во время ярмарки, он потакает мне, на несколько минут надевая коньки и скользя со мной по катку. У него хорошо получается от природы, даже несмотря на недостаток опыта.

— Здесь холодрыга! – кричит он через весь каток.

— Я говорил тебе надеть свитер! – со смехом кричу я в ответ.

Как любой двенадцатилетний мальчик, он решил, что знает лучше меня, и настаивал, что будет в порядке. Ох, как я люблю оказываться правым.

Я смотрю, как он набирает скорость и несется прямо на меня с дурашливой улыбкой и розовыми щеками. В его глазах столько радости, что я срываюсь ему навстречу.