Книга Сломанный Свет, страница 41 – Нина Море

И Ева доверилась. Кир чувствовал. Она осторожно положила голову ему на плечо, обняла, когда он направлялся с ней к кровати.

Он осторожно положил Еву на кровать. Лег сверху. Прижал собой. Ева должна чувствовать его, его тяжесть, его уверенность. Все произойдет сейчас. То, что должно было произойти между ними словно по определению их существования. Она — его человек. Которого он прогонял, которым пренебрегал. Эта девушка, которую он едва не потерял.

В голове Кира мысли кружились вихрем. Счастье, боль за дорогую девушку, желание, дикое, безудержное, переплетенное с нежностью и страхом причинить ей боль. Но он ведь и причинит ее сегодня ночью.

Он целовал ее, чувствуя ее трепетные пальцы у себя в волосах на затылке, ее сбивчивое дыхание ему в губы. Он улыбнулся слегка, поняв, что Ева целует его так неумело, но так трогательно, что ему нравилось. Очень.

Кирилл чувствовал то, как Ева расслабляется, как перестает упираться ладонями ему в грудь. Как ее тело отзывалась на ласку, что ее стройные длинные ноги уже обхватывают его торс, пуская его ближе. И его рука скользнула по животу Евы, к груди, к плечу, спуская лямку тонкого кружевного бра. Кир отстранился лишь на миг, чтобы стянуть свою футболку. Взглянуть на Еву, увидеть ее опьяненный взгляд, то, как она почти не прикрывает обнаженную маленькую грудь. А после, он навис над ней, переплел свои пальцы и ее, снова поцеловал.

Он не мог больше медлить, рука потянулась к ширинке, обнажая его, затем в карман брюк, доставая фольговый пакетик. Оторвать зубами край, надеть защиту, и следом, быстро, пока Ева не поняла и не испугалась — толчок, сразу же второй, и легкий вскрик Евы, хриплый стон Кира.

Они оба замерли. В голове обоих смешались мысли, чувства. Радости, неверия, невероятности происходящего, жуткой нежности и облегчения.

А еще слезы Евы... Ее пальцы, что укалывали ногтями спину Кира.

— Ева, ты только моя, слышишь! — Кир произнес ей в губы, подтверждая ее ощущения, увидел ее легкую улыбку, брови домиком, слезы, что стекали из уголков глаз.

Он осторожно сделал движение, потом еще и еще, глядя на Еву, то как она вздыхала каждый раз и обнимала его крепче, чувствуя его в себе.

— Тебе больно? — осторожно двигаясь, хрипло спросил Кир, тихо, но с жутким нетерпением, от острых ярких чувств и ощущений. Сдерживая желания двигаться сильнее и быстрее.

— Нет... уже нет... - всхлипнула Ева, все еще не веря в происходящее, обнимая его, прижимая к себе.

Но Кир понимал, что она обманывает на счет своей боли. Ведь больно, об этом говорит ее напряжение на лице и в теле. И то как укалывает его плечи своими ногтями. Он замедлился. Но почувствовал, как Ева прижимает его за поясницу ближе к себе.

— Прошу, не останавливайся, Кир, — Ева заглянула в его глаза, коснулась его лица, самого красивого для нее, притянула к себе, сама поцеловала его губы, которых Кир уже не чувствовал. Вся кровь давно стекла в нижнюю часть тела.

И он позволил себе не сдерживаться. Перехватил ее ногу под коленом, прижал к своему бедру, двигался сначала медленно, но сильно, до конца. Услышав первый легкий стон из уст Евы, понял, что не может больше сдерживаться, слишком остро, слишком чувственно, слишком давно он этого хотел...

Все происходило словно в нереальности. Кир позволил себе скорость, видя, как метается от чувств и ощущений Ева. Как закусывает нижнюю губу, как закатывает глаза, как выбивается ее дыхание с каждым его движением. Как она пытается осмыслить происходящее, но сдается ему.