Книга Их беда. Друзья моего отца, страница 34 – Элис Екс

— Всё… — сказала я еле слышно. — Кажется… всё.

Я откинулась назад и только тогда заметила, что по щеке течёт слеза. Одна. Потом вторая.

— Чёрт, — прошептала я, вытирая лицо тыльной стороной ладони. — Я чуть не облажалась…

Лев медленно выдохнул. Долго. Потом посмотрел на повязку.

— Не облажалась, — сказал он. — Нормально сделала. Реально нормально.

И от этих слов меня накрыло сильнее, чем от страха. Я закрыла лицо руками и тихо всхлипнула — не от ужаса, а от того, что я справилась.

Лев вдруг схватил меня за руку — резко, неожиданно. Я не успела ничего сказать, только вдохнуть, как он потянул меня к себе. Пальцы запутались в моих волосах — больно, крепко, так, что у меня звезды из глаз полетели.

Он наклонился и поцеловал меня.

Коротко. Грубо. Совсем не как в фильмах — без красоты и медлительности. Поцелуй человека, который слишком долго держался и больше не может.

— Сука… — он выдохнул мне в губы, слова слипались, — я так давно этого хотел…

И всё.

Его пальцы ослабли. Голова тяжело опустилась на подушку. Тело обмякло — сразу, без предупреждения.

— Лев?.. — я позвала тихо, испуганно.

Он не ответил. Дышал. Но уже без силы.

Я осторожно придержала его, чтобы он не завалился, сердце колотилось где-то в горле.

— Чёрт… — прошептала я, прижимая ладонь к его щеке. — Только не сейчас. Пожалуйста.

Но Лев не отзывался. Это было понятно. Он держался из последних сил.

По этому я просто подтянула одеяло, накрыла его до груди. Поправила край, потом ещё раз — глупо, бессмысленно, но мне нужно было что-то делать, лишь бы не стоять и не думать о том, что будет дальше.

Он дышал. Неровно, глубоко, с хрипотцой. Я наклонилась ближе, вслушиваясь, будто от этого зависела его жизнь.

Потом, почти не осознавая как, я забралась к нему под бок. Не сверху, не рядом — под мышку, туда, где было чуть теплее и где его рука по инерции опустилась мне на плечо. Он не обнял — просто лежал так, как упал. Но этого хватило.

Я замерла. Не шевелилась. Даже дышать старалась тише.

Слушала дом.

Скрип половиц где-то далеко. Гул лампы. Чей-то голос за стеной — слишком приглушённый, чтобы разобрать слова. Шорох. Пауза.

Каждый звук отдавался в груди тревожным ударом. Я боялась, что дверь сейчас откроется.

Моя ладонь сама нашла край его штанов, сжала ткань, будто это могло удержать его здесь. Со мной. В этой комнате.

Я не заметила, в какой момент провалилась в сон. Наверное, тело просто сдалось — страх, усталость, адреналин, всё навалилось разом. Последнее, что помню, — тёплый бок Льва, его дыхание под ухом и моё собственное сердце, которое наконец-то замедлилось.

Проснулась резко.

От прикосновения.

Чужая ладонь легла мне на плечо, и я дёрнулась так, будто меня ударило током. Воздух застрял в горле, в голове вспыхнула паника — они пришли. Я хотела вскрикнуть, когда услышала знакомое, хриплое дыхание и тихий мат сквозь зубы.

— Тс… не ори, — прошептал голос.

Я моргнула, пытаясь сфокусироваться в полумраке. Сердце колотилось как бешеное.

— Гордый?.. — выдохнула я едва слышно.

Он стоял рядом с кроватью, бледный, осунувшийся, но живой. Лицо перекошено болью, под глазами тени, но взгляд — всё тот же, тяжёлый, цепкий. Рука, которой он меня коснулся, слегка дрожала.

— А ты кого ждала? — буркнул он тихо. — Тетю с чаем?