Книга Истинная роза северных варваров, страница 1 – Татьяна Бэк

— Слушай, а девчонка ещё жива? — раздался откуда-то сверху незнакомый грубый мужской голос.

— Да кто её знает! То хоть стонала, а сейчас вообще молчит. Кажись, не дышит! Наверное, совсем замёрзла. Платье на неё красивое надели, а чего одёжки тёплой не дали? А, может, и украли одёжу в дороге. Её же из самой столицы везут. Другие сопровождающие не такие добрые были, как мы… — ответил невидимый собеседник.

Мне захотелось посмотреть, что за разговорчивые мужчины меня окружают, и о какой девушке идёт речь, но глаза не открывались.

Что происходит? Паника стеганула леденящей волной. Казалось, что тело отказывается мне повиноваться, став чужим. Я попробовала закричать, сказать, что мне нужна помощь, но с губ сорвался едва слышный стон.

— О, смотри, вроде жива. А то я уже испугался, что придётся варварам труп вручать в качестве дани.

— А ты думаешь, им не всё равно? Вряд ли бедняжка долго протянет у них в плену. Жалко девчонку, красивая.

— Ну раз жалко, иди вместо неё. Пусть с тобой северяне развлекаются.

Незнакомцы грубо и хрипло захохотали, а вот мне хочется плакать. Где я нахожусь? Что происходит? В памяти будто провал. Последнее, что помню — как всей деревней отправились в лес на поиски заблудившейся внучки Семёныча, а потом… темнота.

Невероятным усилием всё же заставила веки подняться и с трудом сфокусировала взгляд. Судя по всему, я всё так же была в лесу: вокруг тихо поскрипывали высокие сосны, слышались птичьи голоса, а с неба сыпал пушистый ласковый снег.

Только вот, что-то было не так, но никак не могла понять, что именно.

— Кто вы? — произнесло я чуть слышно, едва справляясь с непослушными губами.

В этот момент мне очень захотелось закричать от ужаса, так как тихий мелодичный юный голос не мог принадлежать мне. Страх и выплеск адреналина словно активизировали последние силы, и резко попыталась подняться с повозки, на которой меня везли. Теперь, по крайней мере, я получила возможность осмотреться.

Меня и впрямь тащили на какой-то старой скрипучей телеге, запряжённой весьма норовистой и недешёвой лошадью неизвестной мне породы. А рядом с повозкой брели незнакомые мужики крайне бандитской внешности в меховых плащах.

Но даже эти суровые бугаи пугали меня не как тот факт, что руки с элегантными узкими кистями и длинными пальцами, которые поднесла к лицу, принадлежали не мне.

Воздух вокруг словно мерцал и вибрировал, а всё тело было тяжёлым и непослушным, будто набитым ватой. Руки дрожали, но я не отрывала от них взгляда. Эти пальцы — тонкие, бледные, с аккуратными ногтями, которых точно не могло быть у меня.

На мизинце левой кисти тускло поблёскивало серебряное колечко с нарядным, ярким синим камешком. Мои руки, руки Розы Капитоновны, были другими: крепкими, с короткими пальцами, вечно в царапинах от сена, тёплыми и живыми. А эти… эти были как у фарфоровой куклы.

Я потянула одну из этих незнакомых рук к лицу, к волосам. Пальцы наткнулись на что-то густое, тяжёлое и холодное — косу. Толстую, словно канат. Мои собственные волосы, заправленные под рабочий платок, были редковаты, с проседью. А здесь… я запуталась в этой косе, потянула, и на ладонь высыпалось несколько волос — похожих по оттенку на первый духмяный мёд. Я всегда лишь мечтала о таком цвете.