Книга Истинная роза северных варваров, страница 49 – Татьяна Бэк

Истинный вошёл в меня одним мощным, резким толчком. Боль от вторжения смешалась с таким всепоглощающим чувством заполненности, что у меня перехватило дыхание. Он замер на мгновение, его лоб упёрся в камень над моим плечом, и я почувствовала, как дрожат мускулы от сдерживаемой силы. Потом Хеймдар начал двигаться с яростной, неумолимой ритмичностью воина, берущего своё. Каждый толчок вгонял меня в холодный камень, каждый отход заставлял жаждать следующего. Его дыхание обжигало, а зубы впивались в моё плечо, оставляя новые метки обладания.

Я обвила его ногами вокруг талии, впилась ногтями в спину, встречая ярость любовника своей отчаянной страстью. Мир сузился до этого тёмного угла, до звука нашего тяжёлого дыхания, до запаха нашей соединённой плоти, до всепоглощающего, животного наслаждения, которое выжигало из головы все мысли, весь страх, всё, кроме этого момента.

Хеймдар кончил с низким, сдавленным рёвом, вдавливая меня в стену так, что казалось, кости треснут. Волны его оргазма спровоцировали мой собственный, накрывший меня ослепляющей, судорожной волной, вырывая из горла беззвучный крик. Это было что-то невероятное. Никогда раньше не испытывала подобного, но всё же, что-то было не так…

Мужчина оставался внутри меня ещё какое-то время, тяжёлое тело прижимало меня, его дыхание постепенно выравнивалось. Потом ярл медленно, будто с трудом, отстранился. Он, не глядя на меня, поднял с пола мою порванную тунику и молча накинул её мне на плечи. Его движения были резкими, но не грубыми.

И только когда Хеймдар поднял глаза, я увидела в них не удовлетворение, а пустоту. Глубокую, тревожную пустоту и боль, которую мы пытались затопить страстью.

Истинный посмотрел на свой левый кулак, где мерцала наша общая метка. Она светилась, но свет был неровным, каким-то… ущербным, тусклым.

— Не так, — хрипло произнёс он. — Это было… не так. Мы совершили ошибку!

Я понимала его, ведь чувствовала то же самое. Взрыв страсти был оглушительным, физически невероятным. Но после него осталась не полнота, а щемящее чувство несовершенства. Как будто мы играли на инструменте, у которого не хватало струны. Звук был громким, но фальшивым.

С волнением прижала ладонь к своей груди, к символу. Он был тёплым, но пульсация под пальцами была одинокой, несбалансированной. Будто две части пытались замкнуть круг, но не могли, потому что третьей не хватало.

— Хельги нет, без него мы не единое целое… — прошептала с горечью.

Хеймдар кивнул, сжимая кулак так, что кости хрустнули.

— Без него мы не целое… — повторил он, а затем ударил по стене так, что во все стороны разошлись трещины, а каменные крошки просыпались нам под ноги.

Ярл повернулся ко мне, и в его глазах вновь пылала убеждённость, отчаянная решимость.

— Одевайся, Роза! Мы идём за ним. Не потому, что он брат. Потому что он наш. И без него мы… неполные.

Я быстро натянула то, что осталось от одежды, застегнула на себе плащ Хеймдара, который он набросил мне на плечи.

Мы вышли из ниши. Воины уже были готовы, их взгляды скользнули по моим порванным одеждам, по новым отметинам на моей шее, но никто ничего не сказал.

Хеймдар подошёл к тому месту, где начинался пульсирующий след на полу, положил на него свою ладонь, и метка на его руке ответила слабым свечением.