Книга Истинная роза северных варваров, страница 61 – Татьяна Бэк

— Роза, твой дар. Ты чувствуешь их?

Закрыв глаза, попыталась нащупать землю под ногами, связь, которая всегда вела меня. Но там, снаружи, было что-то чужое… Не враждебное и мёртвое, как Каин. Это было нечто древнее и очень, очень голодное.

— Они… они не злые, — медленно проговорила я, пытаясь сформулировать ощущения. — Они просто… другие. У них своя правда. И они пришли за чем-то.

Хельги и Хеймдар переглянулись. В этом взгляде было понимание, которое пугало меня больше, чем любой вой.

— За чем? — спросила я шёпотом.

Звук раздался совсем рядом, за пределами шалаша, и в нём впервые прозвучала угроза. Хеймдар сжал топор.

— За жизнью, — ответил он мрачно. — За тем, что мы создали здесь этой ночью. За цветами, которые расцвели посреди зимы и той силой, что мы пробудили друг в друге.

— Они чувствуют это, — добавил Хельги, и его голос был ледяным. — Как голодные чувствуют запах свежего мяса. Для них это как вызов… И обещание.

Тени за стенами шалаша задвигались. Свет цветов выхватывал силуэты — огромные, лохматые, с горящими в темноте глазами, но они не нападали, выжидая чего-то. И это ожидание было страшнее любой атаки.

Мы стояли втроём, прижавшись друг к другу спинами, в центре нашего живого рая, который в одночасье превратился в ловушку. Волки-оборотни, вернувшиеся из небытия, окружили нас. И никто не знал, чего они хотят на самом деле. Но одно было ясно: ночь покоя кончилась.

Воздух за пределами шалаша застыл в жуткой звенящей тишине, нарушаемой лишь тяжёлым дыханием волков. Их тени метались за полупрозрачными стенами из лиан и цветов, и в свете наших магических растений их глаза горели жёлтым и зелёным огнём. Они ждали, не торопясь нападать. И это ожидание было хуже любой атаки. Наши воины успели взобраться на высокие скалы, что сохранило им жизнь. Но вот мы были в зоне поражения…

— Сколько их? — спросила я шёпотом, хотя понимала, что оборотни всё равно слышат каждый наш вздох.

— Десятка два, — ответил Хельги, его голос был ровным, но я чувствовала, как дрожит его рука, сжимающая мою. — Может, больше. В темноте не разобрать.

— Они умны, — добавил Хеймдар. — Не лезут в лоб. Знают, что у нас есть магия. Оценивают и наблюдают.

Один из волков — огромный, серебристо-серый, с глазами, светящимися как расплавленное золото — вышел вперёд, на самый край света, отбрасываемого цветами. Он не был просто зверем. В его осанке, в повороте головы, в том, как он смотрел на нас, читался разум. Древний, холодный, безжалостный разум хищника, привыкшего быть вершиной пищевой цепи.

Оборотень замер, глядя прямо на меня, и в этом взгляде не было голода. Было… узнавание.

— Ты, — раздался голос у меня в голове. Это были даже не слова, а образы, чувства, намерения. — Та, что будит жизнь. Мы чувствуем тебя за сотню лиг. Твой запах, твою силу, твою… связь.

Я вздрогнула, отшатнувшись, но Хеймдар и Хельги с двух сторон поддержали меня.

— Не бойся, — продолжил голос. — Мы не враги. Пока… Но мы пришли за своим.

— За чем? — выкрикнула я, не зная, слышит ли он меня так же, как я его.

Волк склонил голову набок, и в этом жесте было что-то почти человеческое.

— За равновесием. Сотни лет мы спали, запертые в своих шкурах, не в силах вспомнить, кем были. А вы… вы разбудили не только себя, вам удалось пробудить древнюю магию. Ту, что дремлет в крови всех, кто когда-то был зверем… И мы проснулись.