Онлайн книга «Голос Кьертании»
|
— Ну, это уж слишком, – пробормотал Рэд. Эрик усмехнулся: — Не хочу тебя расстраивать, но изменится немногое. До сих пор нам милостиво дарили право воображать себя избранными, а не жертвенным скотом. Пресветлая владетельница просто решила отказаться от иллюзий. — Что ты предлагаешь? – спросила Ивгрид, бережно возвращая хаара на полку. Жаль, что у него ничего не осталось от родителей – дом в Химмельборге им не принадлежал. Эрик пришёл туда однажды, через пару лет после гибели отца, но там жили какие-то чужие люди, и он увидел через окно первого этажа, что они ввезли туда свои вещи. Куда делись вещи родителей, он спрашивать не стал. — Они используют нас друг против друга. Ситуация располагает. Сначала убийства, потом странная история с моим арестом и освобождением. Многие до сих пор считают, что я виновен. Думают, владетельница желала добиться справедливости, но супруг ей помешал. После забастовки многие хотели, чтобы препараторов наказали за дерзость, и вот как раз владетельница попыталась увеличить срок службы. Люди были только за, ведь газеты как раз трубили о необходимости большей добычи. Потом – интервью, которое я дал, и снова слабина владетеля. Из всего этого легко лепится портрет нерешительного правителя… или сумасшедшего, ослабевшего, попавшего под чужое влияние… Прямо сейчас – удачный момент. Многие слишком взбудоражены, чтобы мыслить здраво. Посмотрите на Совет Десяти – многие даже теперь готовы ни во что не лезть, надеясь сохранить за собой тёплое местечко. Что до остальных… Кто-то будет переживать за своих детей, а кто-то почувствует облегчение – слишком уж много всего препараторы себе позволяют. Когда происходит что-то непонятное и большое, многие прибегают к утешению религией. В конце концов владетельница, которую поддержат и служители, и динны, блестяще разрешит кризис – особенно если владетель и в самом деле окончательно сойдёт с ума где-то за морем и не вернётся назад. Возможно, по ходу дела нам даже вернут часть привилегий. Многие удовлетворятся – это, конечно, хуже, чем было, зато лучше, чем ничего. — Мрачная картинка, – заметил Солли. – А когда будет что-то хорошее? — Когда мы перестанем играть по их правилам. Владетельница надеется использовать этот кризис в своих целях… «И возможно, не только она. И это одна из ошибок Кораделы – когда создаёшь хаос, не стоит рассчитывать, что окажешься единственным, кто решит извлечь из него выгоду». — Но мы можем сделать то же самое. Они хотят новый Совет Десяти? Что ж, прекрасно. Пусть назначают его. Пусть убирают хоть всех. На самом деле, было бы хорошо, если бы и Анна отказалась от места… — Она наверняка будет не в восторге от этой идеи, – заметила Ивгрид. — Наверняка. Но в наших интересах, чтобы новый Совет был сформирован именно из людей пресветлой Химмельн. Пусть в нём не останется никого из тех, кто годами отстаивал интересы препараторов, пытался защищать рекрутов, делал всё, чтобы улучшить наше положение. Пусть этот новый Совет станет известен всем и каждому – а потом пусть случится кризис, ещё один, куда более серьёзный, чем все, что они видели до сих пор… Голова была лёгкой и немного кружилась – может, рано он начал снижать число эликсиров в крови? — И посмотрим, как они разрешат его. Вся Кьертания будет умолять нас снова взять всё в свои руки. И тогда… |