Книга Голос Кьертании, страница 257 – Яна Летт

— И кого же вы наметили мне в мужья? Имейте в виду, я не запомнила имени этого… – Омилия осеклась. «План твоей матери», – сказала императрица. – Служитель Харстед – тоже ваш человек, – медленно проговорила она, и Маттерсон улыбнулся.

— Человек вашей матери. Во всяком случае, сам он убеждён в этом… до сих пор.

— Значит, мать, отец, динны, служители… все только думали, что занимают чью-то сторону? На самом деле никогда не было никакой стороны, кроме вашей?

— Не было никакой стороны, кроме нашей, – мягко повторил Маттерсон. – Я ведь говорил: вы мудры, Омилия.

— Почему вы хотите, чтобы я вышла замуж за Эрика Строма? – спросила она. – Ведь речь о нём? Чем безродный препаратор лучше сына императрицы? Она знает, что вы не собираетесь давать ей то, на что она надеется?

Маттерсон улыбнулся:

— О, поверьте, Омилия, мы дадим ей всё, на что она надеется, – и даже более того. Тиата и Химмельны ещё успеют породниться… Императрица – мудрая женщина. Она мыслит себя как одно из множества воплощений богини Тиат… и потому тоже играет вдолгую.

— Эрик Стром, – повторила Омилия, и Маттерсон покаянно покачал головой.

— Простите, пресветлая Омилия. Но разве вы так уж недовольны? Вы полюбили его однажды – разве не сумеете полюбить опять? А если нет – что ж, любите кого вам вздумается… – Он погрозил ей пальцем. – Но соблюдайте правила… если желаете своим любимым добра. Держите их при себе, но ваши будущие дети…

— Должны быть детьми Эрика Строма, – пробормотала она. – Но почему? Это и есть ваш… новый проект?

— Можно и так сказать. Сильные препараторы вроде Строма были альтернативой Химмельнам, и мы многого добились. Но мы уверены: смешение кровей даст ещё более впечатляющие результаты. Ваших детей ждёт величие, о каком вы не могли и мечтать, Омилия. Эрик Стром совершит невозможное – они совершат немыслимое.

— О чём вы говорите? – Свет за окном погас. Ей стало холодно. – Что такого сделает Эрик Стром?

— Эрик Стром станет ключом от Стужи, – просто сказал Маттерсон. – Он поможет обрести желаемое нам, Кьертании, императрице… Да, Эрик Стром оказался много сильнее, чем мы надеялись… И всё же этого недостаточно. Мы опасаемся, что этот ключ не удастся повернуть дважды. Так что нам нужны другие – те, кто однажды заменит его. Конечно, мы могли бы продолжать долгий путь лабораторий, исследований… Но почему не последовать коротким?

«Думай, дорогая дочь. Думай, если хочешь выжить».

— «Этот ключ»… Значит, вы долгое время думали, что им может стать кто-то из Химмельнов?

Маттерсон довольно улыбнулся:

— Может быть… но всем хорошо известна слабость древних родов, Омилия. Нам следовало догадаться раньше… что нужна новая, необыкновенная, сильная кровь. Кровь, ставшая результатом определённого… отбора. Да, от примеси такой крови дом Химмельнов обретёт прежнее величие. В этом нет никаких сомнений.

— Эрик Стром не стал бы участвовать в ваших играх, если бы знал, – сказала Омилия, лихорадочно думая.

«Если не знаешь, каким будет следующий шаг, – по крайней мере, выиграй время».

— Возможно, вы знаете его недостаточно хорошо, – мягко заметил Маттерсон. – И это несмотря на то, как близки вы были однажды. И я не о той вашей выдумке… Нет повода для грусти, пресветлая Омилия. Близость вернётся. Эрик Стром счастлив будет служить Кьертании и вам – скоро вы в этом убедитесь.