Книга Сердце Стужи, страница 170 – Яна Летт

«М. Л.».

Миссе Луми.

И чуть ниже – «М. Курт».

Под листком обнаружился набросок – неловкий, но старательный портрет. Унельм узнал робкий взгляд Миссе, нежность её лица. К рисунку была приколота ленточка, расшитая перьями и бисером – одна из десятков ленточек, которыми Луми украшала волосы и запястья.

Он был влюблён в неё всерьёз, бедняга. Он примерял свою фамилию к её имени, может, действительно мечтал о том, как однажды, когда служба будет позади, сделает её своей женой.

Ульм вспомнил робкую, нежную улыбку Миссе Луми, и внутри что-то сжалось от боли. На миг ему так отчаянно захотелось, чтобы всё было именно так. Домик где-то на окраине, Рорри и Миссе, оба улыбчивые, спокойные. Реабилитация у обоих прошла успешно. Быть может, у них даже есть дети – самые обычные дети, светловолосые, с робкими и нежными улыбками…

Ульму не хотелось снова смотреть на мёртвого Рорри, распростёртого на полу. Он вдруг подумал: если всё так, как кажется, то он сам, пришедший сюда, определённо не входил в планы Магнуса… человека достаточно могущественного, чтобы каким-то образом помогать Рорри совершать все эти преступления, а потом сунувшего его в петлю.

В глубине души Унельм не сомневался: теперь он знает истину… пусть это нужно было ещё доказать.

Но для начала – убраться отсюда, и поскорей. И вызвать всё же подмогу – потому что, убийца ли, убитый, или и то и другое сразу, Рорри Курт всё равно не должен лежать здесь вот так, будто сломанная кукла посреди темноты и запустения.

Унельм вышел из комнаты, и только тогда заметил, что всё ещё плачет.

* * *

Ночь прошла как в тумане. Приехали охранители, вслед за Унельмом обыскали, а после запечатали квартиру Рорри. Самого Курта увезли – за ним с командой кропарей приехала Вирна, заспанная, растрёпанная и всё равно красивая.

Завидев Ульма, она заулыбалась:

— Приятно увидеть знакомое лицо, когда вызывают по такому дерьмовому поводу.

Он слабо улыбнулся в ответ.

— Ты здесь, чтобы увести его на обследование, вскрытие, что-то вроде того?

— Что?.. Нет, ничего такого. Обычный протокол – препаратора должны готовить к погребению кропари, это вопрос безопасности. Мир и Душа знают, как поведут себя препараты в его теле теперь, когда оно их не питает. А что? Почему ты спросил?

Он покачал головой:

— Сейчас нет времени, но, в общем, мне нужно кое-что проверить. Его ведь не сразу похоронят, так? У меня есть время поговорить с Олке?

— Три дня по протоколу, да. Не волнуйся, его будут хранить на холоде. Мои ребята своё дело знают – сейчас допишу протокол, и поедут.

Она говорила просто, буднично – конечно, всё это было её работой, и всё равно ему стало не по себе.

— Судя по всему, перед смертью у бедняги основательно поехала крыша, – заметила она, оглядывая жилище Рорри. – К сожалению, это случается. Олке, наверное, рассказывал тебе немало таких историй…

— О да. Немало. Слушай, Вирна… Если он и вправду сошёл с ума, то, может… В общем, я застал его ещё живым, но… как будто не совсем. Можно спросить у тебя – может, ты знаешь, что это могло быть?

Она кивнула, и он подробно рассказал ей обо всём – плавных движениях рук, медленном, спокойном взгляде… Она слушала его, хмурясь, а потом покачала головой.

— Не в обиду, Гарт, но, может, тебе стоит пойти и хорошенько выспаться. То, о чём ты говоришь, ни на что не похоже. Ты уверен, что парень не был уже мёртв, когда ты пришёл?