Книга Сердце Стужи, страница 36 – Яна Летт

Нет, с Ульмом она говорила как с другом, которого у неё никогда прежде не было… Конечно, если не считать Биркера. Омилия подумала о нём, о том, что уже давно не разговаривала с ним – будто Унельм и книги, набранные ею вслед за братом в библиотеке, встали между ними – и, наверное, ощутила бы вину, не будь она так взволнована.

— Пришли?

— Да, это здесь. – Ведела тяжело вздохнула, пропуская её вперёд – туда, где шумная толпа вливалась в жаркое нутро «Красотки-охотницы».

Омилии ужасно хотелось хоть на минутку задержаться у стойки, послушать разговоры, посмотреть на лица людей, но не стоило лишний раз волновать Веделу.

Поэтому Омилия пошла прямо по лестнице – к двери с номером «3», где на этот раз они с Ульмом договорились встретиться.

Он был уже там – она чувствовала это, как если бы и в самом деле могла ощутить его присутствие, как мягкое тепло или золотистый свет, струящийся в коридор сквозь дверную щель.

И она поспешила туда, оставляя Веделу позади. Нужно будет предложить ей вознаграждение повесомее – ведь всё то время, что Омилия проведёт здесь, служанке придётся сидеть в соседней комнате, вздрагивая от каждого шороха.

Омилия не понимала, откуда в ней самой взялась эта смелость – смелость, граничащая с безрассудством.

А потом открыла дверь – и вспомнила.

Ульм порывисто поднялся ей навстречу, и его улыбка сияла ярче начищенного храмового гонга.

— Мил! Здравствуй! Как добралась?

— Ульм! – снова она не знала, как лучше поздороваться с ним. Метнулась ему навстречу, но в последний момент выучка, въевшаяся в плоть и кровь, погасила этот порыв – и Омилия протянула ему руку. Он снова улыбнулся – и едва коснулся кончиков её пальцев губами. Она зарделась – и, надеясь, что он не обратил внимание, заговорила:

— Добралась я хорошо… Что за погода! В дворцовом парке всегда тепло, но мне, оказывается, даже нравится, когда холодно…

— Тогда тебе непременно понравилось бы у меня дома, в Ильморе. Вот где холодрыга.

Она рассмеялась:

— Ну, может, это оказалось бы уже и чересчур. Гляди-ка!

Раньше она никогда не сказала бы ничего в этом роде – приходилось следить за собой, чтобы не выдать чего-то в этом роде при матери.

Омилия театрально взмахнула рукой, как делал это сам Унельм, отвлекая внимание перед очередным фокусом, а потом достала монету у него из-за уха – вот только пальцы соскользнули, и монета покатилась по полу.

— Неплохо! – сказал Ульм, подбирая её. – Скоро ученик превзойдёт учителя. Тебе нужно было только немного повернуть кисть. Тогда бы монета не упала.

— Я повернула.

— Если бы повернула, монета бы не упала. Давай-ка я покажу.

Любому другому Омилия велела бы катиться к дьяволам – но Унельму позволила бережно коснуться её руки. На сей раз монета появилась из небытия, как положено.

— Вот теперь идеально!

— Благодарю. Кстати… Пока я не забыла, хочу попросить об ещё одной услуге.

— Что угодно. Ты же практически моя владетельница.

— Хоть ты не напоминай, – вздохнула Омилия. – В общем… помнишь, я упоминала «Тень за троном» и другие книги, которые сейчас читаю? Я тогда ещё рассказывала о своих снах.

— Да, конечно. – Монета, как рыбка, мелькала, исчезая и появляясь вновь, между его пальцами. – Я помню все наши разговоры.

— Хорошо… В общем, я продолжила читать… И, кажется, поняла, что заинтересовало Биркера… Мой брат ведь брал в библиотеке эти же книжки. Советники, о которых идёт речь в «Тени»… Не все, но те, которые влияли сильнее прочих – прежде всего, на решения по добыче дравта и препараторам… Я выписала их имена и стала искать нечто общее. И нашла. Эти самые «тени за троном» – они даже не всегда были официальными членами совета, брались как будто из ниоткуда.