Онлайн книга «Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник»
|
— Здорово, Федор! Как добрались? Видим, видим, неплохо. Пионеров привез зачем-то. А это что за девки-то? Доярки новые? Ах, вожатые, вон оно ка-ак. Та вон, темненькая, ничо – сисястая! — Почту, почту-то привезли? — Да вон, в ящике, – тракторист махнул рукой. – Там и письма с посылками, и газеты. — Да газеты нам твои сам знаешь, куды… — Не, мужики – махорочку раскурить – тоже нехудо. — Хэ, махорочку! – выпятил грудь тракторист. – Я вам в сельпо два ящика «Беломору» привез! — «Беломор»! Иди ты! А водку привез? — Привез! И еще – какого-то кислого вина. — Слышь, Федя! А ты откуда знаешь, что кислое? — Дядя Федя, а кино какое привез? — «Иван Бровкин»! — Фу, «Бровкин»… А «Фанфан-Тюльпан»? — Сами вы фанфаны, девки! Тракторист добавил что-то по-вепсски, отчего мужики засмеялись, а девки, плюнув, убежали к парому, куда уже перебазировались и пионеры с Машей и Фаней. — У меня там братан живет, в деревне, – улучив момент, шепнул Федор Громову. – Так ты вечерком загляни обязательно. Посидим, бражки выпьем. Не все твою водку хлестать! Да, теща-то братова всякие заговоры-наговоры знает. Что смотришь? Ты ведь про бабок-то спрашивал да-ак! Глава 3 Осень 1962 г. Капшинский район Рыжее солнце В расползшейся по длинному берегу озера деревне – довольно большой, в сотню дворов – кроме молочной фермы и лесопилки имелась вся необходимая инфраструктура: располагавшийся в бывшей церкви клуб, пекарня, магазин-сельпо и школа с интернатом – приземистым бревенчатым зданием барачного типа, в котором и расположились на постой пионеры с вожатыми, точней сказать – кружководами. Девушки – особенно Маша – тотчас же привлекли к себе внимание местной молодежи, получив приглашение сходить в клуб на танцы, а потом посидеть на бережку у костра. — Я вот вам посижу! – вспомнив о своем старшинстве, охолонул девок Громов. – За детьми кто смотреть будет? — Ой, да куда они денутся-то? – отмахнулась Маша, но, заметив строгий взгляд, тотчас же потупила взор – Да ладно, Андрей Андреич – присмотрим. «За вами бы кто присмотрел», – подумал про себя капитан-командор, однако ближе к вечеру засобирался в гости к трактористову братцу. Обещанная бражка и посиделки с гармонью и песнями Андрея как-то интересовали не очень, иное дело – колдунья. Чья-то там теща, которая «заговоры-наговоры» знает. Проведав детей, Громов заглянул к девушкам, с напускной суровостью погрозил им пальцем и, протерев сапоги соломой, отправился в гости, благо идти было недалеко. Нужную избу молодой человек отыскал не сразу – вепсы издревле ставили избы не улицами, а как кому глянется – с простором, да так, чтоб окнами на юг, на солнце. По той же причине никаких деревьев и кустов перед избами не сажали – чтоб не загораживали свет. Злые языки утверждали даже, что самые упертые отрубали кошкам хвосты – чтоб зимою не выносили из дому тепло. Врали, наверное. Немного побродив, Андрей вышел к клубу, полюбовался рукописной афишей, приглашавшей на kargaita – танцы. Раньше, в конце тридцатых, почти всех вепсов чохом записали в русские, закрыли национальные школы, и вообще – придавливали. А вот сейчас, в свете известного постановления товарища Берия «О национальных кадрах» – народная финно-угорская культура возрождалась – в классах преподавали вепсский язык, и даже вот – объявления на нем писали, зазывали молодежь в клуб. Молодежи, и вообще детей, в деревнях – не только в вепсских – в те времена было много: имелась работа, да и выстроить избу – запросто, леса-то вокруг полно! |