Книга Призрак Карфагена, страница 80 – Андрей Посняков

— Эти рабыни, — мечтательно улыбаясь, продолжала девушка. — Отдай их мне, вождь!

— Тебе? Но зачем? Выгодно ты их здесь не продашь, можешь и не пытаться.

— Я не буду их продавать, господин. Я открою лупанарий!

— Что?! — Вот тут молодой человек по-настоящему удивился.

Ну ничего себе придумала. Открыть публичный дом в христианской или считающей себя христианской стране!

— А епископа местного не боишься?

— Нет! Я ведь сама из Цезареи и многих знаю, — Гита расхохоталась. — Девушки согласны. Поработают на меня год, а там кто не захочет — может уйти, а кто останется — прогонять не буду.

— Лупанарий… — покачал головой Саша. — Однако… Девки-то точно согласны?

— Конечно! И очень того ждут. Нам бы только немножко серебра для обзаведения.

— Получите, — тут же заверил хевдинг и, помявшись, добавил уже куда более ласковей: — Мы все обязаны тебе, Гита. Думаю, парни отвалят немало монет, каждый из своей доли.

Так и случилось. Прощание было кратким, но трогательным: Гита крепко перецеловала всех, всплакнула, улыбнулась и, прихватив девчонок и деньги, зашагала по причалу в город.

— Славная девушка, — грустно вздохнул Фредегар. — И очень красивая.

— Да, — Оффа Лошадиная Челюсть согласно кивнул. — Серебра для такой не жаль.

— Это уж точно, — хором добавили Рутбальд и Гислольд.

— Эй, парни, она что-то кричит… Желает, чтоб Господь всегда помогал нам!

— И тебе удачи, Гита! И помни: в случае чего мы рады будем тебе помочь. Если, правда, когда-нибудь сюда вернемся.

Последнюю фразу Оффа произнес очень тихо, так, что слышали только свои.

Александр улыбнулся: в чем-то эти варвары смешны и наивны, как дети. А вот Гита их, можно сказать, легко раздоила. И правильно сделала, очень правильно!

— Удачи тебе, Гита, удачи и счастья вам всем, девчонки.

Уличный торговец, худенький, с большим кувшином за спиной, подбежал к сходням:

— Прохладная вода, самая лучшая! Выпейте на дорожку.

— Ну, раз самая лучшая — давай. Стой… Что это у тебя за фляжка такая? Дай-ка взглянуть!

— Только верните! — Помявшись, мальчишка вытащил из-за пояса… пластиковую бутылку с надписью «Пепси-кола».

— Да-а… — пытаясь унять волнение, протянул Александр. — Хорошая фляжечка. И где ты ее взял?

— А прямо тут, в гавани, — Водонос улыбнулся. — Три дня назад. Ее прибило вон к тем камням!

— Три дня назад, говоришь?

Молодой человек улыбался: вот оно! Вот подтверждение того, что он на верном пути, что «Тремелус» никуда не делся, не повернул на север, а идет прямым курсом… в Карфаген? Или куда-то дальше?

— Там еще крышечка была, да я ее потерял, — похвастал разносчик. — Красненькая такая. А внутри записка!

— Записка?! — Александр так и застыл. Потом резко схватил парня за плечи, чуть не затряс. — Что за записка? Где она?

— Да она сразу же и размокла, — Водонос посмотрел на Сашу с явным испугом. — Клянусь святым Иаковом!

— Но ты хоть что-то прочел? — грозно вопросил молодой вождь.

— Я не умею читать, господин — Мальчишка уже чуть не плакал, но даже не пытался вырваться, слишком устрашающе выглядели эти варвары.

Вырвешься, побежишь, а они стрелу пустят или нож метнут… Или даже секиру!

— А что там были за буквы? Латынь или какой-то другой язык?

— Не знаю, господин, правда не знаю. Отпусти меня ради всех святых. Можешь даже забрать себе эту чертову флягу.