Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Прыгунью, моя госпожа! – выпятил грудь воин в серебристой кольчуге с большим зерцалом, – Прямо в засаду и угодила. Все, как вы и предвидели! — Прыгунья? – Айгиль забавно поморщила лоб. – Убийца что же – женщина? — Молодая девушка, моя госпожа. Глава 9 Новое дело Тучи стрел, повинуясь утробному звуку труб, унеслись в небо, что бы тотчас же обрушиться на врагов свистящим смертоносным роем. Предвидя это, воины подняли кверху круглые, с большим умбоном, щиты, принявшие на себя удар града смерти. И снова полетели стрелы, а где-то позади дружно ахнули пушки. В стане врагов вроде бы наступило замешательство – по крайней мере, стрелы больше не летели… Нет! Вот снова… — Может быть, пора уже и ударить? – сидевший на вороном жеребце Горшеня оглянулся на ватажника Никиту по прозвищу Купи Веник. Никого больше близко не было, вполне можно было и посоветоваться. Подаренный Темюр-ханом служка Азат, правда, стоял рядом, удерживал поводья коня своего господина, но парень – татарчонок – вовсе не знал русского, иначе, конечно же, удивился бы – как это, владетельный князь советуется с простым ратником! — Рано, князь, рано! – обозревая поле битвы, Никита приложил к шелому закованную в латную рукавицу ладонь. – Чай, у Едигея тоже тюфяки-пушки найдутся – всех наших положим. Нет! Темюра подождем, а там – вместе разом ударим. — А Хряжский? – вскинул глаза «князь Егор». – Он-то, поди, подошел уже? — Подошел бы – так знак дал. Прислал бы гонца, а потом мы и стяги б увидели. А есть стяги-то? Горшеня тоже всмотрелся вдаль: — Нет. — Вот и я не вижу. Так что – ждем. Двойник заозерского князя облегченно перевел дух: как хорошо, что было с кем посоветоваться! Никита Кривонос, хоть и простолюдин, а воин умелый, знающий, целые ватаги в походы водил. Он же, Горшеня, пуст и смел, и крови своей не пожалел бы, а все ж людьми командовать не умел – не воевода, чай. Тем более воинов-то под его началом ныне собралось – неисчислимые тысячи! Заозерская дружина, ватажники, новгородцы, хлыновцы – все вступили в замятню ордынскую, супротив главного русского ворога – Едигея. Особенно орясина-князь ликовал, ему давно с Едигеем за московский позор посчитаться хотелось, теперь вот, слава Господу, время пришло. Где вот только сам Хряжский? — Эмир мог засадный полк выставить, – задумчиво промолвил Никита. – Хитрый, гад! Вот московские рати на него и напоролись – бьются сейчас. — Чего ж гонцов не шлют? — Забыли в запарке. Князь Иван и не то еще может забыть. Но вояка добрый, Едигееву засаду изгваздает – будьте-нате! Молодому и еще неопытному в дворцовых интригах Темюр-хану не удалось организовать полноценный заговор – старый эмир, почувствовав неладное, прихватил все свои верные войска и попытался нанести упреждающий удар по столице, оборонять которую непосредственно не представлялось возможным ввиду полного отсутствия городских стен. Оставалось одно – выйти навстречу врагу и разгромить его наголову, чем и занялся Темюр-хан и его новые союзники – русские князья. За «князя Егора» – Горшеню – думал старый ватажник Никита Купи Веник, за Темюра – его военачальник, – а князь-орясина Иван Хряжский не думал вообще, нечем было – ему б только мечом помахать, сыскался бы повод! Снова полетели стрелы, а следом за ними – и ядра, и брошенные баллистами-катапультами камни да бревна, большей частью не причинявшие никакого особенного вреда – видно же, когда такая оглоблина с неба падает! Иное дело – пушечное ядро, от того уж не увернешься. |