Книга Из варяг в хазары, страница 94 – Андрей Посняков

Во-первых, проникнуть в дом хитрого и скуповатого бен Кубрата было довольно сложно, особенно ему, приказчику давнишнего соперника купца, известному в лицо всем его слугам. Нужно было срочно что-то придумать, но, как назло, не лезли в голову никакие мысли. До тех пор, пока как-то на базаре Имат не встретил давнего своего знакомца Истому. Был обычный осенний день, уже далеко не теплый, с порывами резкого, холодного ветра, срывавшего с прохожих плащи и швырявшего в лицо пригоршни мелкого холодного дождика. Мерзнущие торговцы, пытаясь согреться, переминались с ноги на ногу, а кое-кто даже и не раскладывал сегодня товар, предпочитая — пес с ней, с прибылью — провести такой не очень-то уютный день дома, в тепле и неге.

Истома Мозгляк, закутанный в теплую накидку с капюшоном, медленно прохаживался вдоль полупустых прилавков — тоже выбрал погодку для похода на рынок! — и, как показалось приказчику, кого-то высматривал. Имат подошел ближе, окликнул. Истома настороженно обернулся, недовольно буркнул что-то, по-видимому означающее приветствие, и зыркнул по сторонам глазами.

— Помнишь ту рабыню, что ты продал мне в Ладоге, а затем получил назад от моей досточтимой хозяйки? — спросил Имат вроде бы просто так, а на самом деле надеясь — а вдруг да подмогнет чем Истома Мозгляк, душегубец известный?

— Ну, помню, — без особого интереса пожал плечами Истома.

— Так она скоро станет наложницей самого каган-бека, — поведал приказчик. — А потом — кто знает? — может, и старшей женой будет.

— Привалило девке счастье, — неожиданно улыбнулся Мозгляк. — Всё как я и предвидел. Так, говоришь, она у каган-бека живет?

— Нет пока, — помотал головой Имат. — Пока у одного купца, бен Кубрата, ну, ты его не знаешь…

— У кого? — Истома насторожился, словно почуявший добычу волк. — У бен Кубрата?

— У него, — подтвердил приказчик. — А что?

— Да так. — Истома задумался. Постоял немного — Имат уже собирался уходить, — придержал приказчика за рукав: — Такой чернявый молодой парень, длинный, с глазами как у вола — слуга бен Кубрата?

— А, Езекия, — узнал по описанию Имат. — Это его единственный племянник, правда, не родной, от троюродной сестры, но, в общем, наследник. Езекия… — Приказчик неожиданно замолк. А ведь можно попробовать проникнуть в дом купца через Езекию. Мальчишка, говорят, заядлый шахматист…

И потом, можно взять в дело и этого Истому, он всё равно не останется жить здесь, в Итиле. Или — не брать? Нет, пожалуй, лучше взять, такой человек всегда пригодится… тем более если идти на убийство в чужом доме. Всё должно быть сделано быстро и в строгой тайне, а у Истомы подобного опыта не занимать. Знал о том Имат со слов Ильмана Карася, известного ладожского вора, с кем, еще до пожара, пару раз пил пиво на постоялом дворе Онфима Кобылы. Собственно, Карасю и говорил Имат о том, что охотно купил бы перед самым отплытием несколько красивых девок, даже и похищенных.

Сам Карась в таком нехорошем деле участвовать отказался, потому как местный, но вот залетному молодцу Истоме шепнул.

— Есть одно дело, Истома, — сказал Имат по-славянски. — Заработать можешь изрядно… Хочешь? Тогда слушай: Езекия, племянник бен Кубрата, частенько пускается в торговые дела помимо своего дяди, но на его средства, разумеется, а тот, старый ишак, ничего не замечает… впрочем, может, и замечает, да пока молчит до поры до времени, верно, замыслил какую-то пакость, с него станется. В общем, Езекия частенько берет левый товар, тот, что проникает в Итиль в обход каганских застав. За такое дело можно лишиться головы или… хе-хе… кое-каких других частей тела, но парень рискует, понимая, что бен Кубрат вполне может оставить его без наследства, — от этакого скупердяя всего можно ожидать. И рискует Езекия по-умному, много не берет и берет не у всех. Только у тех, кого хорошо знает. Меня он знает. И знает, что я не очень-то в ладах с Вергелом. Впрочем, не о Езекии речь. Вернее, не только о нем. О бывшей твоей рабыне…