Онлайн книга «Ладожский ярл»
|
Отбросив грустные мысли, ярл понесся навстречу сверкающему солнцу и синему, в мелких облаках, небу. Ветер остужал разгоряченное лицо, трепал гриву коня, темно-голубой плащ за спиной раздувался крыльями. Позади, гремя оружием, скакали гриди. Молодые, все как на подбор, рослые, в одинаковых серебристых кольчугах, в шлемах. Дружина… Как стремился к этому Хельги когда-то! Было время, казалось — верная дружина да горячий конь — что еще нужно ярлу? Эйфория, однако, прошла быстро. Слишком уж много всего навалилось, слишком. И — как назло — не так и много оказалось вдруг рядом верных людей, на которых можно было положиться. Нет, положим, верных-то было много, но вот умных, знающих, грамотных. Увы… Впрочем, то была не только беда Хельги-ярла, вряд и Рюрик мог похвастаться лучшим. Пролетев мимо кузниц, мимо холма с зарослями березы, вывернули к усадьбе Торольва Ногаты. Там, по приезде, жил с верными людьми воевода Рюрика Хаснульф. Хаснульф Упрямый, как давно уже прозвали его. Хаснульф встретил ярла почтительно. Сбежал с крыльца — чернобородый, дородный, в алом плаще поверх кафтана из чернобурки — поклонился радушно, а в глазах стоял лед. Не очень-то он доверял Хельги, да и вообще никому не доверял. — Когда думаешь отправляться к Рюрику, достопочтеннейший Хаснульф? — Думаю, завтра. Готова ль дружина? — Давно готова. Сам пройду с вами до Рюрика. Навещу — все ж таки родичи мы. — Буду рад. Хаснульф вновь поклонился. Простившись с ним, Хельги погнал коня на окраину, где в небольшом домишке проживал брат Никифор. Оставив гридей у подножья холма, ярл спешился и, бросив поводья подскочившему отроку, пошел дальше пешком — да тут и идти-то всего ничего было. Никифор встретил его радостной улыбкой, обнял, отложив в сторону книгу: — Входи же скорее в дом, любезнейший ярл! Рад вновь увидеть тебя. — И я рад, — улыбнулся Хельги, он и в самом деле был рад встрече со старым приятелем. — Ах, день какой, солнце! Надоели уже дожди… Давай-ко, брат, сядем вон здесь, под березой. — Сейчас велю принести скамью. — Не надо. — Хельги махнул рукой. — Вот если б попить чего… Никифор подозвал слугу: — Принеси-ко нам квасу, брат Авдий. Тот — чернобровый, темноволосый, смуглый, чем-то неуловимо похожий на Никифора, только чуть помоложе — с поклоном принес из погреба крынку. — Вкусен у тебя квас, Никифор, — утер бороду ярл. — Не раздумал еще основать обитель? Никифор встрепенулся, ожег гостя взглядом. Давно, давно уже просил он содействия, напоминал постоянно, и вот теперь ярл сам заговорил об этом. — Люди готовы, нашлись охотники, хоть и не так много, — широко улыбнулся монах. — Нужны лишь кое-какие средства и проводник. Да мы бы, честно говоря, ушли бы и сами, не дожидаясь… — Значит, вовремя я, — Хельги усмехнулся. — Завтра поутру и отправляйтесь. Скажи своим — пусть зайдут за припасами. Проводника я пришлю с утра. — Да благословит тебя Бог, ярл! — Пустое. Да, плотников я тоже дам. Помнишь уговор — тебе скит, мне — крепость? Оба — монах и ярл — одновременно расхохотались. От Никифора ярл поскакал к Ирландцу. Заперевшись в горнице, шептался с ним долго, потом велел позвать Найдена. Молодой тиун явился сразу, в опрятном темно-сером кафтанце поверх красной рубахи, в постолах, в узких варяжских штанах. Встав на пороге, склонился: |