Онлайн книга «Ладожский ярл»
|
— Звал, князь? — Звал, — внимательно оглядев его, кивнул Хельги. — Пути-дорожки в дальних лесах не позабыл еще? — Как можно? — Есть для тебя важное поручение, — ярл переглянулся с Ирландцем. — Надеюсь, тебя не надо предупреждать о том, чтоб лишнего не сболтнул? Найден обиженно вскинул глаза: — Не с кем мне болтать, князь, один я живу. — А друзья? А напарник твой, Борич? — Нет у меня друзей, — потупился молодой тиун. — То есть есть, но нет задушевных, с которыми можно было бы обо всем… А Борич… Так с ним мы так и не сошлись близко. Хотя грамоте он востер, дело знает. — В общем, так, — Хельги понизил голос. — Дела недоделанные сдашь сегодня Боричу, скажешь — отпросился к родичам помочь с урожаем. Сам же явишься завтра с утра на подворье к монаху Никифору. Помнишь такого? — К Никифору? — обрадованно переспросил тиун. — Ну, конечно же, помню. — Поведешь его с людьми в Шугозерье. — В Шугозерье? — Найден ахнул. — Далече собрались. — Как дойдете до Сяси-реки, привал устроите, — продолжал ярл. Тиун кивнул: — Само собой. — Подождете там… — Хельги замялся. — В общем, увидите — кого. — А… — Не спрашивай больше ничего, Найден. Исполняй и помни — все делай в тайности. — Не сомневайся, князь. Не сомневайся и ты, господине, — Найден поклонился. Сначала — Хельги, потом — Ирландцу, непосредственному своему начальнику. Вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Борич Огнищанин, приняв от Найдена незаконченные дела, состоявшие в основном из запутанных земельных тяжб и жалоб на потраву покосов, задумчиво насупил брови. Подозрительным ему показался внезапный отъезд молодого тиуна. К родичам, говорит? А ведь, поди ж ты, раньше-то о них и не вспоминал. Чего ж посейчас приспичило? Умен был Огнищанин — бывший волхв Вельвед — хитер, коварен. Повсюду выгоду свою сыскивал. Вот и теперь… Не поверив Найдену, к вечеру ближе пошатался по Торгу, у Пристаней, сплетни послушал, заодно новый кнут прикупил — справный. Таким ожжешь — долго не затянется рана. Хороший кнут. А сплетни — ничего необычного: собирались в обратный путь расторговавшиеся варяги, искали лоцмана; киевский купец Велимир со товарищи грузился у дальних мостков — от мостков к амбарам, ругаясь, сновали грузчики, в их числе и Ярил — «себе на уме парень», как мысленно окрестил его Огнищанин. Да, княжьи люди набирали плотников. Только как-то странно набирали — не орали бирючи о том в людных местах, не сбирали людишек охочих. Подходили к артельщикам неприметненько, разговаривали. Вроде б и не таились особо, а все ж… А зачем князю плотники? На ремонт стен людишек хватает — Борич о том доподлинно знал, сам сметы рассчитывал, на других работах — тоже. Зачем же еще вдруг понадобились?.. Вот она, верная фраза, — «вдруг понадобились»! А нельзя ль тут чем разжиться? Да продать потом полученные вести тому же чернявому Истоме! Тот ведь платит щедро. Интересно, откуда у него серебро? Вроде голь голью — одет скудно, рожа — не приведи Род с Рожаницами такую ночью на безлюдной дорожке встретить. Ну, не его, Борича, дело — откуда у чернявого серебро, главное — есть. И он готов платить. Но ведь это разве тайна большая? Подумаешь, плотники! Вот если б точно знать, куда они да зачем вдруг — крепостицу какую строить? Узнать где, вот тогда и с чернявым на эту тему поговорить можно будет. А… Борич вдруг усмехнулся, вспомнив о «парне, себе на уме». Он ведь, кажется, обмолвился как-то, что плотницкое дело знает? Тем лучше… |