Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 370 – Андрей Посняков

Лютонег перетряхнул котомку, но так ничего и не нашел, видно, выронил тайный знак в воду. Ну и пес с ним! Все равно ведь нельзя доверять Мечиславу, и у самого, чай, верные люди найдутся, тот же варяг Стемид из княжьей дружины, который не так давно, еще при Дире с Аскольдом, наворовал с помощью Лютонега немало народу да продал ромейским купцам… Вот Стемид-то теперь и поможет, куда денется.

Дождавшись рассвета, волхв двинулся берегом реки вниз, к Днепру, выбрался к пристани и зашагал к городским воротам.

— Не хотим на север! – размахивая над головой мечом, озлобленно выкрикивал один из наемников-варягов. – Хотим на Царьград, верно, братие?

— Верно! – подбадривали его остальные дружинники, средь которых были не только варяги, но и славянская молодежь – гриди. – Истину молвишь, Стемид! У ромеев возьмем и злато, и серебро, а в северных лесах что?

— Так шкуры беличьи да куньи!

— Ага, а их потом тем же ромеям продавать? Да и на Царьград идти – чести больше.

— Кто тут вспомнил о чести? Неужто ты, Стемид? – На дворцовый двор за стенами Градца, где собралась дружина, выступил сам князь, с диадемой в светлой гриве волос, в алом плаще поверх блестящей кольчуги.

— Князь! – закричали воины. – Слава князю Олегу! Великому конунгу Хельги слава!

Хельги с усмешкой оглядел собравшихся, и Стемид поспешно юркнул в толпу. Кто-то ударил его рукою по шее, и варяг, пригнув голову, едва не споткнулся.

— Куда ж ты, Стемид? – вдогонку ему крикнул князь. – Воровать коров, как еще недавно воровал в Вике?

Хельги строго посмотрел на притихшую дружину – вернее, лишь малую часть дружины… впрочем, не такую уж и малую. Как там сказала Сельма? Капля камень точит…

— Кто еще хочет идти на Царьград?

Из шеренги дружинников вышел воин, на этот раз не варяг, славянин, с косматой бородой и хмурым обветренным лицом, покрытым шрамами.

— Я тоже за Царьград, князь, – поклонившись, твердо заявил он. – Там мы обретем богатство и славу. Или погибнем с честью.

— Рад видеть тебя в добром здравии, Радогост, – кивнул воину Хельги. – Да, в твоих словах есть доля правды… Но только доля. – Князь замолчал.

Молчали и воины, и Радогост, ждали, как объяснит свои слова князь. А тот не торопился, постоял на мокрой земле, посмотрел в голубое, быстро очищающееся от ночных туч небо.

— Да, в Царьграде мы, возможно, захватим изрядную добычу, – наконец произнес Хельги. – И даже не возможно, а наверняка!

— Слава Вещему князю! – обрадованно зашумели воины.

— Но ведь захваченную добычу надо еще сохранить, довезти до Киева! – дождавшись тишины, продолжал Хельги. – И теперь представьте: пока мы сражаемся с ромеями, здесь, на нашей земле, расцветает предательство! Ваши дома сожжены, братья убиты, дети и жены проданы в рабство! И тогда, утирая благородные слезы ярости, вы спросите меня, своего князя, – как такое могло случиться? И я вам отвечу то же, что скажу сейчас: мы вовремя не раздавили гадину, и вот она приползла с севера, острозубая, смертельно ядовитая. Она, эта змея заговора и измены, сожжет ваши дома и сожрет ваших родичей. А вы идите на ромеев, идите… И мы пойдем, если вы захотите, ибо я – князь ваш, а вы – мои воины, и что хотите вы – того захочу и я. Хотите идти на Царьград? Идем. Но только помните мои слова и не говорите потом, что вы их не слышали.