Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 403 – Андрей Посняков

Отрок прибавил шагу и едва успел угнездиться у ворот с кадкою, как со стороны кузницы послышался стук копыт – возвращался хозяин. За конем бежал Евмал… и еще один незнакомый отрок, на вид чуть помладше Кудеслава.

— Еще один раб, – на бегу шепнул Евмал, – хозяин купил у Ворона.

Судя по довольному лицу Торольва, нового раба он приобрел за вполне приемлемую цену. Спешившись, Ногата передал коня Евмалу, что-то негромко приказал подскочившему с поклоном Тужиру и, вспомнив, не поленился проверить ворота. Оценил все – и показную старательность Кудеслава, с высунутым от усердия языком яростно натирающего песочком медную полосу, и сам песок, взятый явно не с дороги, а специально принесенный откуда-то в кадке. Хмыкнул одобрительно, почесав пузо, бросил:

— Как почистишь, покажешь новому рабу хижину и расскажешь о наших порядках. – Ногата усмехнулся. – Можешь и спину свою показать, чтоб знал раб – спуску ему не будет.

— Исполню, господине, – оторвавшись от работы, поклонился отрок.

Ладожский ярл Снорри был рад, очень рад, Хельги ясно видел это – Снорри ведь не умел скрывать свои мысли. Еще только услыхав о появлении ладей, велел челяди готовиться к пиру, ждал, ждал князя, давнего своего сотоварища и друга. Даже Ирландца – на что уж недолюбливал, а все ж и его Снорри принял с душою. Видно было – тяжеловато приходится парню, ведь совсем молод еще был ладожский ярл. Впрочем, не так уж и молод: двадцать петь – возраст далеко не юноши, но умудренного опытом мужа.

— Прошу в мои хоромы, конунг. – Снорри показал рукой на крутой холм с детинцем. – Клянусь Велесом, сегодня они не уступят на пиру чертогам самого Одина! К вашему приезду я велел зажарить быка.

— Пир – это хорошо, – улыбнулся Хельги. – Но – не возражаешь, если прежде мы побеседуем с тобой и твоим тиуном?

— Наверное, опять о торговых делах. – Снорри вздохнул, – И дались они тебе, конунг? Снова будете считать беличьи шкурки да ромейские монеты, что-то высчитывать да выгадывать, словно озабоченные барышом купцы, и это вместо того, чтоб почувствовать в руке жаждущий вражьей крови меч, а под ногами – качающуюся палубу драккара!

— Будет еще тебе меч, – засмеялся князь. – А вот драккар не обещаю – негде развернуться на здешних речках. Говорят, наволоцкий староста Келагаст мутит воду в дальних лесах?

Снорри нахмурился, бросил:

— Не знаю, Келагаст ли, а только явно мутит кто-то. Я ведь и без тебя пошел бы с верной дружиной в леса, конунг!

— И кого бы нашел?

— А кто попался бы под руку, – усмехнулся наместник. – Главное, чтоб остальные боялись, попритихли, затаились в страхе, чтоб вовремя платили дань, не жгли погосты да не грабили купеческие караваны на дальних волоках.

— Уже и до этого дошло? – вскинул глаза Ирландец. – Однако наши враги совсем обнаглели.

— Да, пора их проучить, – Снорри азартно схватился за меч. – Не так давно я с дружиной прошелся по ближним лесам. Думаю, местные нидинги надолго это запомнят. Хотел, не дожидаясь тебя, конунг, податься и в дальний поход – да ждал, покуда подсохнут пути.

— В дальний поход? – усмехнулся князь. – У тебя ведь не так уж и много воинов.

— Зато каждый смел, как настоящий викинг!

Хельги переглянулся с Ирландцем и попросил молодого наместника позвать тиуна.

Найден – высокий, сероглазый, серьезный, с небольшой кучерявой бородкой, – войдя в горницу, молча поклонился.